— Да, — сказал Брисио, изо всех сил стараясь сдержать улыбку, которую Мелисенда проигнорировала. — И это тоже. — Он отступил назад и поднял двух оремов с того места, где они стреножили их, чтобы , росшие рядом с ледниковым ручьем. Мелисенда отказалась от плаща, приняла помощь своего стражника, чтобы взобраться на Мист, и позволила ему отвести ее домой, ее голова шла кругом от любопытства и возбуждения.
Отец Мелисенды был не так взволнован ее открытием, как ей хотелось бы, но все же разрешил ей вернуться через два дня с командой людей, которые помогли бы ей раскопать то, что она нашла. Поэтому она отправилась в путь пораньше, и к тому времени, как солнце показалось из-за восточного гребня перевала, они обнаружили еще одно большое плоское сооружение. Они, казалось, были прикреплены к более крупному, неопределенно продолговатому объекту. Он был неправильного размера и формы, но гладкая, ровная металлическая конструкция (за исключением некоторых изгибов, которые, по-видимому, были ) давала понять, что это тоже рукотворный артефакт.
— Возможно, это было какое-то жилище, — сказала Мелисенда Брисио, склонив голову набок, пока рассматривала это сооружение во время полуденного перерыва команды на трапезу. — Смотрите, вон то идеально квадратное углубление могло бы быть дверью… И оно, безусловно, достаточно большое, чтобы в нем могли разместиться по крайней мере два человека.
— Более того, — сказал Брисио. — Возможно, вы правы. Но если это дверь, то она должна открываться только изнутри. Здесь нет ни ручки, ни механизма, чтобы открыть ее снаружи.
— Может быть, ее оторвало, когда жилище засыпало. Вы сказали, это была древняя лавина?
— Это самое вероятное, что я могу придумать, — пожал плечами Брисио, хотя хмурое выражение его лица говорило о том, что он не был убежден. — Особенно для такой большой штуки, как эта. Этот склон скалы был покрыт ледником во времена моего деда, так что, что бы это ни было, оно было погребено задолго до этого. .
— Я не был погребен под лавиной.
Мелисенда подавила крик, зажав рот обеими руками, когда Брисио схватил ее и толкнул себе за спину, вытаскивая меч.
— Покажись! — закричал он, дико озираясь по сторонам. Мелисенда слышала, как за их спинами рабочие, находившиеся чуть поодаль, достают свое оружие и бегут им на помощь.
— Вы можете видеть меня прямо перед собой. То есть ровно столько, сколько вы уже выкопали. Я по-прежнему в основном нахожусь под землей. ?
— Я! — крикнула Мелисенда, выходя из-за спины все более обезумевшего Брисио. — Я леди Мелисенда, наследница Серцена.
— Миледи! — Настойчиво произнес Брисио вполголоса. — Что вы делаете? Это небезопасно!
— Разговариваю, — ответила она ему. — И я в такой же безопасности, как и несколько минут назад.
— Верно, — произнес голос из грязи. В нем слышались странные, металлические нотки. — Я не в том положении, чтобы быть агрессивным, даже если бы это было моей склонностью или целью. Я не могу причинить вред никому из вас в моем нынешнем состоянии. Я могу просто говорить, так как вы открыли мои солнечные батареи. Хотя мне пришлось скорректировать свои языковые алгоритмы. Ваша речь изменилась.
— И кто же вы — или что вы такое? — Спросила Мелисенда, чувствуя прилив удовольствия от того, как ровно и собранно звучит ее голос. В голове у нее все вертелось от удивления, но голос звучал точно так же, как у Джоали: спокойно и безмятежно.
— Я ИИ Тактической Артиллерийской Машины, серийный номер 69-359.
— Понятно, — сказала Мелисенда. — А что же, скажите на милость, такое “ЯИ”? Это что, форма воинского звания? Я полагаю, вы что-то вроде солдата, раз уж упомянули тактику и артиллерию?
— ИИ — это аббревиатура, сокращение “искусственый интеллект”. Я — автономная система управления Тактической Артиллерийской Машиной, с серийным номером 69-359.
Мелисенда замолчала, чувствуя, как морщатся ее брови, когда она пытается осмыслить это заявление. Она знала, что означают отдельные слова, но они, казалось, не имели смысла, когда были соединены вместе так, как… Тактическая Артиллерия, как ее там… произносила их.
И все же в ней горело любопытство, а также странное чувство сострадания. Что бы это ни было, это существо могло говорить. Оно называло себя “”. Конечно, оно не заслуживало того, чтобы оставаться погребенным заживо после… ну… она не знала, как долго. Это был хороший вопрос.
— Мы продолжим , — сказала Мелисенда, расправляя плечи и изо всех сил стараясь говорить как можно более царственным и повелительным тоном. — Кем бы ты ни был, это проявление сострадания. Кстати, как давно ты похоронен?