Разрушительная игра полностью

Я спровоцировала его специально, но мне пришлось побороть дрожь из-за исходившей от него угрозы.

– Уберите руки, мистер Ларсен. Мы больше не в США, и вы переходите границы.

Рис придвинулся ближе, и я изо всех сил пыталась сосредоточиться, но оказалась полностью им поглощена. Его запахом, его дыханием на моей коже. Воспоминаниями о протяжных взглядах, украденных смешках и закатах в бассейне на другом конце мира.

– К черту границы. – Каждое слово выходило медленно и обдуманно, будто он хотел запечатлеть их на моей коже.

– Занятный первый день работы. Как в старые добрые времена. – Я сильнее прижалась спиной к стене, пытаясь спастись от обжигающего тела Риса. – Почему ты здесь, мистер Ларсен? Ты счастливо ушел, когда я просила остаться.

– Если думаешь, что за последние шесть недель я был хоть немного счастлив, – мрачно сказал он, – ты глубоко заблуждаешься.

– Достаточно счастлив, чтобы не появляться так долго. – Я пыталась, но не смогла скрыть нотку горечи в голосе.

Лицо Риса немного смягчилось.

– Поверь, принцесса. Если бы я мог, то вернулся бы гораздо раньше.

Словно крылья бабочки бархатисто коснулись моего сердца.

Прекрати. Держи себя в руках.

– Что возвращает нас к вопросу: зачем ты приехал?

На его челюсти дернулся мускул. Сегодня он не побрился, и его лицо было покрыто более густой щетиной, чем я привыкла.

Я сжала кулаки, противясь желанию провести пальцами по коротким черным волоскам на его щеке и по шраму на брови. Просто чтобы убедиться, что он действительно здесь.

Злой и противный, но здесь.

– Потому что…

– Я помешал?

Рис отодвинулся так быстро, что мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать произошедшее. Но когда я это сделала и увидела, кто нас прервал, у меня сжалось сердце.

В конце коридора стоял с любопытной ухмылкой не кто иной, как мой кузен Андреас.

– Я шел в свою комнату, но услышал шум и пришел разобраться, в чем дело, – протянул он. – Извините, если… помешал.

Рис заговорил прежде, чем я успела вмешаться:

– Какого черта вы здесь делаете?

– Я двоюродный брат Бриджит. – Андреас улыбнулся. – Похоже, мы все-таки встретились. Мир тесен.

Я смотрела то на одного, то на другого.

– Вы знакомы? Как такое возможно?

– Встретились в аэропорту, – небрежно сказал Андреас. – Я думал, он уронил бумажник, но, увы, ошибся. Мы мило поболтали, хотя я так и не расслышал вашего имени.

Последняя фраза предназначалась Рису, который помолчал несколько секунд, прежде чем ответить:

– Рис Ларсен.

– Мистер Ларсен – мой телохранитель, – сказала я. – Он… помогал мне достать из глаза соринку.

Я корила себя за подобную беспечность. Мы были в боковом коридоре тихой части дворца, но глаза и уши – повсюду. Мне не следовало выяснять отношения с Рисом там, где любой мог нас подслушать.

Судя по выражению лица Риса, он думал о том же.

– Правда? Как мило с его стороны. – Андреас не выглядел убежденным, и мне не понравился его взгляд.

Я выпрямилась во весь рост и глянула на него сверху вниз. Ему не запугать меня. Не в моем собственном доме.

– Ты сказал, что шел в свою комнату, – многозначительно сказала я. – Не смею задерживать.

– Мы встретились впервые за много лет, и как меня приветствуют… – вздохнул Андреас, нарочито медленно стягивая и убирая в карман перчатки. – Ты изменилась, став наследной принцессой, дорогая кузина.

– Ты прав, – сказала я. – Изменилась. Теперь я твоя будущая королева.

Улыбка Андреаса угасла, и я краем глаза увидела ухмылку Риса.

– Рада, что ты благополучно добрался. – Я протянула ему маленькую оливковую ветвь в знак мира – мне совершенно не хотелось вступать в открытую конфронтацию с кузеном на весь следующий месяц… или сколько там он собирался здесь оставаться. – Но мне нужно возвращаться на встречу. Поболтаем позже.

Под «позже» подразумевалось – как я надеялась – никогда.

– Конечно. – Андреас кивнул и бросил на нас с Рисом последний взгляд, прежде чем исчезнуть в коридоре.

Я подождала добрых пару минут, прежде чем расслабиться.

– Кажется, твой кузен – говнюк, – сказал Рис.

Я рассмеялась, и напряжение между нами наконец рассеялось.

– Не кажется. Так и есть. Но он член семьи, так что деваться некуда. – Я покрутила кольцо на пальце, пытаясь найти тактичный способ вернуться к предыдущему разговору. – Насчет случившегося до того, как нас прервал Андреас…

– Я вернулся, потому что хотел, – сказал Рис. – И… – он сделал паузу, будто размышляя, стоит ли говорить то, что он собирался, – я не хотел, чтобы ты разбиралась со всем этим дерьмом в одиночестве. – Он указал на роскошные интерьеры.

Одиночество.

Он сказал это уже второй раз. Сначала в выпускной вечер, и вот теперь. И оба раза был прав.

Я пыталась, но не могла назвать гнетущее чувство пустоты, преследовавшее меня с тех пор, как ушел Рис. Оно подкрадывалось ночами, когда я лежала в постели и пыталась думать о долгожданных событиях грядущего дня. Оно охватывало меня в самые неожиданные моменты – например, когда я была в центре событий или притворялась, что смеюсь вместе со всеми.

Теперь у него появилось имя.

Одиночество.