Разрушительная любовь полностью

Мы сидели в «Крипте», самом популярном среди студентов Тайера баре, наслаждаясь последним веселым вечером – с понедельника начиналась учеба. Студенты начали стекаться обратно, и в баре стало многолюднее, чем обычно летом.

– Но эта – самая главная, – возразила Джулс. – Не…

– Ава.

Я напряглась, услышав собственное имя, сказанное этим голосом. Голосом, который шептался со мной по ночам и говорил о любви. Голосом, которого я не слышала два месяца, с того июльского для, как он заявился в галерею и потребовал с ним поговорить.

Я повернулась, и ореховые глаза встретились с моими темно-карими.

Надо мной возвышался Лиам, красивый и стильный, как всегда, в темно-синем поло и брюках хаки. Он коротко постригся, и светлые пряди больше не лежали мягкими непослушными кудрями, в которые я так любила запускать пальцы.

Боковым зрением я заметила реакцию подруг на его неожиданное появление: испуганное лицо у Стеллы, встревоженное у Бриджит и злое – у Джулс.

– Что ты здесь делаешь?

Я попыталась убедить себя, что бояться нечего. Мы в общественном месте, сидим посреди набитого битком бара. Со мной подруги и Бут, который смотрел на Лиама, словно вот-вот его вышвырнет.

Я была в безопасности.

Но по коже по-прежнему бежали мурашки. Я думала, Лиам отказался от идеи заполучить меня обратно, но он стоял и смотрел на меня, словно ничего не изменилось. Словно я не поймала его без штанов, трахающего странную блондинку в тот вечер, когда у него, по его словам, была «температура». Я заехала к нему, надеясь удивить куриным супом, но в итоге удивилась сама.

– Мы можем поговорить?

– Я занята.

От него пахло алкоголем, а у меня не было желания разговаривать и с трезвым Лиамом, не говоря уж о пьяном.

– Ава, пожалуйста.

– Она же сказала, что занята, говнюк, – прошипела Джулс.

Лиам злобно на нее посмотрел. Они никогда не ладили.

– Не припомню, чтобы я к тебе обращался, – процедил он.

– Быстро вспомнишь, когда я засуну…

– Пять минут, – я встала, напряженно подняв плечи.

– Что…

– Ава…

– Ты уверена…

Подруги заговорили все разом.

Я кивнула.

– Да. Вернусь через пять минут, ладно? А если нет… – я мрачно глянула на Лиама. – Можете идти искать меня с факелами и вилами.

Он бы не отстал до конца вечера, если бы мы не поговорили, и мне хотелось поскорее с этим разделаться.

– У меня есть кое-что получше факелов и вил, – прорычал Бут.

Лиам вздрогнул.

Я вышла за ним из бара и сложила руки на груди.

– Давай быстро.

– Дай мне еще один шанс.

– Я уже тысячу раз говорила – нет.

На его лице появилось раздражение.

– Детка, прошли месяцы. Чего ты от меня хочешь – чтобы я упал на колени и умолял? Разве ты недостаточно меня наказала?

– Дело не в наказании, – странно, что круглый отличник Лиам не мог понять такой простой вещи. – Ты мне изменил. Мне плевать, сколько прошло времени и насколько тебе стыдно. Измена неприемлема, и мы больше не будем вместе. Никогда.

Раздражение сменилось гневом.

– Почему? У тебя новый парень? – прорычал он. – У тебя новый хмырь, и я тебе больше не нужен, да? Даже не знал, что ты такая шлюха.

– Иди на хрен, – у меня заколотилось сердце. Лиам никогда не говорил мне таких жутких вещей. Никогда. – Твои пять минут прошли. Разговор окончен.

Я попыталась уйти, но он схватил меня за запястье и дернул обратно. Он впервые прикоснулся ко мне со злостью.

Теперь сердце застучало еще быстрее, но я заставила себя сохранять спокойствие.

– Убери руки, – прошипела я. – Или пожалеешь.

– Кто он? – Лиам посмотрел на меня бешеным взглядом, и тут я поняла: он не только пьян, но и под наркотиками. Опасное сочетание. – Говори! – Да нет у меня никого, а если бы и был, это не твое дело!

Надо было брать перцовый баллончик. Но поскольку баллончика не было, я выбрала второй вариант: ударила его по яйцам. Сильно.

Лиам отпустил меня и согнулся от боли.

– Сука, – прошипел он. – Ты…

Я не стала дослушивать продолжение. Я побежала обратно в безопасный бар, пока в ушах шумела кровь.

Поверить не могу. Лиам никогда себе такого не позволял. Да, он был настойчивым и немного занудным, но физическую силу он никогда не применял.

К тому моменту, как я рассказала друзьям о случившемся, и они, наплевав на мои протесты, выбежали на улицу, Лиам ушел, но моя тревога осталась.

Думаешь, будто знаешь человека, а потом что-нибудь происходит, и ты понимаешь, что совсем его не знал.

Ежегодный благотворительный бал выпускников Тайера был главным событием сезона, но хотя там собирали деньги на актуальные потребности, все шли туда не ради благотворительности. А ради своего эго.

Я приходил каждый год.

Не потому, что хотел стать филантропом или повспоминать учебу в колледже, а потому, что бал был бурлящим источником информации. Среди выпускников Тайера были самые влиятельные люди мира, и каждый август они собирались в бальном зале отеля Z. Идеальная возможность наладить контакты и собрать новости.

– …выдвинуть законопроект, но его зарубили в конгрессе…

Я делал вид, будто слушаю Колтона, однокурсника, который теперь работал в отделе по связям с правительством крупной компьютерной компании.