К счастью, моя спальня находится на первом этаже в задней части коттеджа, поэтому я надеваю кроссовки Nikes и вылезаю из окна с одной целью в голове. С каждым шагом мои ноги проваливаются в губчатую траву, но вскоре я забываю о том, чтобы испачкать свои чистые кроссовки, когда знакомое чувство спокойствия охватывает меня, когда в поле зрения появляется край озера.
Мои ноги приветствуют причал, и слышимый скрип эхом разносится по мирному небу. Старое дерево знавало лучшие времена — рассыпающееся по краям и покрытое скользким зеленым мхом, — но я не позволяю этому отпугивать меня.
Осторожно ступая, я подкрадываюсь к краю и опускаюсь, чтобы сесть. Наконец, я поднимаю подбородок к пурпурному небу, закрываю глаза и слушаю, как малиновки поют серенаду в честь прихода рассвета. Впервые за несколько недель я позволяю себе расслабиться и ослабить бдительность, чувствуя себя полностью единым целым с окружающей природой.
Есть что-то волшебное в том, чтобы болтать ногами над водой, когда ветер треплет твои волосы, и это как никто другой облегчает душу. Девин и я часто приходили сюда, чтобы полюбоваться закатом, когда были детьми. Тогда все казалось таким простым. Я была просто обычной девушкой, тусующейся с милым парнем, наслаждаясь бесконечными летними днями.
Но это было тогда. Сейчас все изменилось — Девин, Лачи, мама — все, что я когда-то знала, все ушло. Изменилось, превратилось во что-то неузнаваемое. Я цепляюсь за прошлое, которого на самом деле никогда не существовало. Каждое мое воспоминание было совершенной иллюзией.
Лиам, Лоркан, Айна.
Они не те люди, за которых я их принимала. Как мне доверять правде, когда моя жизнь — не что иное, как конструкция из лжи?
Озерный воздух наполняет мои легкие, когда я делаю затрудненный вдох. На тяжелом выдохе я открываю глаза, и моя голова наклоняется вправо, осматривая большой крайний столб, удерживающий пирс на месте. Слеза скатывается по моей щеке, и я не могу не вспоминать, когда появилось вырезанное сердце.
D + S
4EVR
Мои пальцы обводят выдолбленные буквы, выгравированные глубоко в дереве, и впервые с тех пор, как моя жизнь развалилась на части, я позволяю себе сломаться.
Как я дожила до этого момента? Когда мой мир разлетелся на миллиард неузнаваемых кусочков, которые я не знаю, как собрать обратно? Когда все вокруг меня стали разными версиями людей, которых я знала?
Мое тело дрожит, когда волна неукротимых эмоций вытекает из моих слезных протоков. Мои плечи трясутся, и дыхание застревает в горле, срываясь с губ неприятным хрипом. Всего этого чертовски много — тяжести этого мира, моей новой жизни, обмана, в который все это завернуто.
У меня так много вопросов, и я не знаю, с чего начать.
Роуэн Кинг. Все, что я знала, изменилось в ту секунду, когда он вошел в мою жизнь.
Как мог один человек обладать силой, способной повернуть мой мир вокруг своей оси? Глупая, наивная Сирша. Я думала, что его ложь была восхитительной, но ничто, абсолютно ничто, не могло подготовить меня к тому, как он взорвал мою жизнь разрушительной истиной.
Поднимая руки, я прячу лицо в ладонях, заглушая звук моей разбитой души, когда он вырывается из моей груди.
Я хочу вернуться во времена, когда скучного и обычного было достаточно. Когда моя мать была не более чем чрезмерно заботливой женщиной, а мой отец был мечтой наяву, которую я вызвала в своем воображении. Все, чего я когда-либо хотела, — это стабильной жизни, где-нибудь, что я могла бы навсегда назвать домом. Вместо этого я запуталась в паутине, запуталась во всех нитях.
— Не возражаешь, если я присяду, куколка?
Неуверенность в голосе Лоркана отрывает мои ладони от лица, заставляя мои глаза переместиться на него. Исчез костюм, который он носил в Киллибегсе, и его заменили старая футболка группы Dire Straits и поношенные, потертые джинсы. Его татуированные руки выставлены напоказ, но руки глубоко засунуты в карманы. Его плечи выдвигаются вперед, пока он ждет моего ответа. Он чем-то похож на человека, которого я когда-то знала, только менее непостоянный.
Без слов я пододвигаюсь, освобождая достаточно места, чтобы он мог опуститься рядом со мной, пока я смотрю на воду. Тишина застилает небо, пока я жду, когда он скажет то, ради чего пришел сюда. Но после нескольких оглушительно тихих мгновений я нарушаю тишину первой.
— Ты чего-то хотел? — Я поворачиваю к нему голову, наблюдая, как его глаза обшаривают каждую деталь моего лица.
Его взгляд удерживает мой, и впервые я узнаю глаза, которые так похожи на те, что смотрят на меня в зеркале каждый день. Будучи ребенком, я никогда не замечала сходства между нами. И хотя я в основном похожа на свою мать, я вижу в чертах Лоркана неуловимую черту себя.
— Я знаю, тебе нужны ответы.
— Тогда отдай их мне.
Его кадык вздрагивает от сглатывания.
