Дрейк зарычал и схватился за него рукой, резко дернул и вырвал из себя. Выбросил копье подальше и скривился от боли. Две сквозные дыры, в двух из трех частей перепончатого крыла, покрылись вздувшимися полосами на краях.
Наверняка наконечник оружия был отравлен.
Захрипев, Дрейк как мог привстал, но не удержался на ногах и упал. Успел опереться на руки, чтобы не рухнуть на каменную поверхность. Глубоко отдышался. Услышал приближающийся топот копыт и улюлюканье дикаря. Еще мгновение, и оказался он сам, гордо восседая верхом на неведомом звере на вершине холма, внизу у обрыва которого приземлился Дрейк.
Дикарь натянул поводья и черный скакун, громко заржав, остановился. Фыркнул и мотнул головой, когда его похожий на скалу хозяин спешился и зашагал навстречу к раненому драониду.
Маленькие глаза аборигена сверкали. Косматые волосы еще сильнее растрепались от ветра, гуляющего здесь. Широкую волосатую грудь прикрывал распахнутый кожаный жилет. На мускулистых плечах виднелись недавно зажившие продольные шрамы. А на поясе… на поясе покачивались на каждом шаге мощный двухсторонний топор и кинжал, ручка которого светилась призрачным зеленоватым огнем. Плотные темные штаны кое-где были протерты. А на ногах красовались примитивные, видавшие виды ботинки.
– Нет, не надо! – все еще призывая к благоразумию, промолвил Дрейк и вытянул вперед руку, словно защищался. – Я вам не враг и не собирался атаковать! Я просто ищу других драконов!..
Как тут он запнулся, ибо сам не понял, что сказал. Но эта маленькая оговорка подействовала – хищная ухмылка с заросшей морды громилы исчезла. Наверное, с минуту он о чем-то думал. А затем его лицо скривилось в гневе, и он вытащил из-за пояса топор. Подбросил его в руке провел пальцем по лезвию.
Выступившая ярко-красная кровь потекла по острию и закапала на зелень внизу. Как вдруг весь клинок ярко вспыхнул красным светом и покрылся призрачной красноватой пленкой.
Вряд ли это было что-то хорошее.
Дикарь что-то проорал и замахнулся топором, кинулся на Дрейка. Тот инстинктивно дернулся назад, поднимаясь на ноги и расправил крылья. Но что-то пошло не так, и он сорвался с обрыва и кубарем покатился вниз по крутому земляно-каменистому склону, поднимая пыль и оставляя неглубокую рытвину. Перед тем, как обрушиться в бурные потоки реки, Дрейк спиной ударился о скользкие валуны в самом низу, образовывающие своеобразный берег.
Река приняла его в свои объятия, рассыпала щедрые искры. Холодная, обволакивающая, быстрая. Она прокатила его спиной по каменистому дну и подняла, нежно окутала своими густыми холодными слоями. Ее содержимое не было похоже на лаву; более легкое, более жидкое, но совершенно чужое.
Дрейк заработал руками и ногами, прорывая себе путь к поверхности. Он инстинктивно зажмурился при погружении, но не мог найти, где верх и где низ, и пришлось открыть глаза. Секундного взгляда хватило, чтобы определиться в этой мутной субстанции. И Дрейк выплыл на поверхность, широко раскрыл зубастый рот, глотая живительный воздух. Пусть он был не такой плотный как дома, и его требовалось больше, но это был воздух, без которого нельзя жить.
Течение было довольно сильным, несмотря на относительно ровный ландшафт. Однако, выплыть к берегу оно не помешало, хоть отнесло довольно сильно от того крутого обрыва.
Оказавшись на мелководье, Дрейк опустился на четыре конечности и зашагал, тяжело дыша. Сумка волочилась по дну, но это его сейчас мало волновало. Вскоре гладкие камни дна сменились песком, и конечности стали тонуть в нем. Пришлось приложить усилие, чтобы выкарабкаться на берег. Дрейк опрокинулся спиной на песок и тяжело задышал, раскинув руки по сторонам. Уставился на синее небо, по которому, чирикая, пролетали мелкие существа. Закрыл глаза, приводя себя в чувство.
Раненое крыло еще саднило. Но уже намного меньше. Видимо, яд рассеивался, или река нейтрализовала его…
Тут среди мерного чириканья летающих в небе мелких животных послышалась речь. Ели это не был тот громила, то наверняка его дружки, которые все видели и уже спешили завершить начатое их сородичем… Прокрутив в голове эту мысль, Дрейк резво перевернулся на бок и поднялся на ноги, стараясь как можно меньше шевелить дырявым крылом. Вытянул, как мог, шею и осмотрелся.
Река мерно текла в низине, которую сопровождали песчаные берега, оканчивающиеся разной высоты обрывами. Кое-где виднелись редкие подъемы, но куда они вели, снизу видно не было.
Зато вот речь явно доносилась со стороны низкого обрыва на противоположном берегу. С него вполне можно было спрыгнуть и добраться до песчаной полосы вплавь – воды здесь стояли глубокие.
Переборов накатывающую слабость, Дрейк опустился на четвереньки и побежал вверх по склону. Очутился на заросшей травой небольшой поляне, оканчивающейся густым лесом – он протянулся почти до самой реки справа и слева. Но слева оставалась небольшая свободная полоса из зеленого ковра.
