— Ладно, уговорили, — Чак достал из футляра винтовку и начал ее разбирать, придирчиво осматривая каждую деталь, — как говаривал мой папаша, каждый человек — сам кузнец своих проблем. Я Вас за язык не тянул, так что потом не жалуйтесь.
— Разумеется.
— Вы нормально переносите невесомость?
— Никогда проблем не испытывал.
— Очень хорошо! Но нам стоит поторопиться — на подготовку у нас всего два дня. Проверка прибудет на «Трою» уже послезавтра.
— Откуда Вам это известно?
— У меня остались кой-какие связи… на той стороне, — Чак взмахнул рукой, закрывая этот вопрос, — за оставшееся время я должен преподать Вам краткий курс молодого бойца. А времени — в обрез.
— Я буду стараться! — Артур вскочил на ноги, демонстрируя готовность приступить к подготовке немедленно, — хотя, если честно, у меня до сих пор мысль о том, что один человек может вот так запросто захватить целый крейсер, вызывает легкую оторопь.
— Вот уж не сказал бы, что это «запросто»! Но уж очень они меня разозлили.
Чак закончил собирать винтовку и передернул затвор, сухой лязг которого эхом разнесся по пустому ангару.
— И да узрят они меня во гневе!
— А еще я бы чего-нибудь перекусила, — Сильвия демонстративно широко зевнула, чем вызвала у Кехшавада очередное извержение желчи, и он почувствовал, что его лицо, миновав стадию пунцовости, начинает приобретать приятный желто-зеленый оттенок.
Несносная девчонка откровенно измывалась над адмиралом, а он ничегошеньки не мог поделать, поскольку обязался создать ей все условия для работы, и теперь, в присутствии других офицеров, он уже не мог просто так все бросить и вернуться к милым сердцу разноцветным кнопочкам с занятными подписями. Строго говоря, из всего экипажа «Трои» только четыре человека, находившиеся с ним в медицинском кабинете при первом допросе, знали о тех методах, которые применялись в его ходе, и Кехшавад не горел желанием увеличивать число свидетелей.
Добившись от Сильвии предварительного согласия на сотрудничество, он велел медикам убрать соответствующее оборудование и столы с устрашающим реквизитом. Вместо них в кабинет доставили мобильный терминал, который установили перед креслом девочки, чтобы она могла с ним взаимодействовать. Ее руки отвязали от подлокотников, но прочие ремни на всякий случай оставались на месте, как будто она могла куда-то сбежать.
Сильвия сразу же выставила ему список того, что ей потребуется для эффективной работы. Помимо терминала, в него входило обязательное присутствие офицеров, отвечающих за разработку и проведение спецопераций, за разведку и за технические системы крейсера. Она настояла, чтобы ей предоставили доступ к любой потребной информации, вне зависимости от уровня ее секретности, поскольку от полноты и достоверности данных напрямую зависит точность ее анализа и прогнозов.
От такого нахальства, выдаваемого к тому же строго дозировано, когда каждая следующая порция требований формулировалась только после удовлетворения предыдущей, Кехшавад вскоре начал натурально звереть. Тем более что все происходило на глазах его подчиненных.
Вот и теперь, когда, казалось, придумать что-то еще уже невозможно, мерзавка вдруг проголодалась! Командующий быстро отдал соответствующие распоряжения, в то время как Сильвия откровенно забавлялась, наблюдая за ним.
— Человеческий мозг потребляет порядка четверти всей вырабатываемой организмом энергии, — пояснила она, принимая поднос с солдатским завтраком, — а я гоняю его на форсированном режиме, куда более требовательном к ресурсам. Так что мне необходимо подготовиться, чтобы не потерять сознание от истощения прямо во время работы. Кроме того, столь интенсивный темп невозможно выдерживать долго, несколько минут и все, а потому вся информация, которая может мне понадобиться, должна быть под рукой, чтобы не тратить время на ее поиски. Так что все мои требования — не пустой каприз взбалмошной девчонки, а принципиальные условия, абсолютно необходимые для достижения требуемого результата.
— Хватит болтать, ешь давай! — воспользовавшись образовавшейся паузой, Кехшавад вышел в коридор, чтобы хоть немного остыть и привести свои мысли в порядок.
— Чего Вы надеетесь от нее добиться? — вышедший следом майор прислонился к стене рядом.
— У меня вызывает определенное беспокойство фанатичный пацифизм ее отца, — адмирал достал из кармана платок и протер взмокшую шею, — его настырность, объединившись с талантами и умениями того спеца, что он нанял, вполне способна доставить нам немало неприятностей. А после того, что этот «дядя Чак» учинил на «Турине», его компетентность не вызывает у меня никаких сомнений. Так что я хочу подстраховаться, вычислив его личность и выяснив по возможности их планы.
— Но каким образом эта девочка может нам тут помочь? Что она может сообщить нам такого, чего бы мы сами не знали?
— Откуда мне знать! Но то, что она творит с информацией, я могу охарактеризовать одним словом — волшебство, — Кехшавад заглянул в приоткрытую дверь, — и я очень надеюсь, что сегодня она его нам продемонстрирует. Потому как в противном случае…
