За коротким техническим коридором открылся освещенный прожекторами зал с подвесными кран-балками и замершим на краю рампы роботом-погрузчиком. Возле большого бака, от которого тянулись толстые хоботы заправочных рукавов, вяло переругивались рабочие.
– Как попасть на «Полынь»? – спросил Юрий у меланхолично перебирающего масляные тряпки мужика.
– Догадайтесь, – не оборачиваясь, буркнул тот.
Рэй кивнул на темный проем под днищем корвета.
Нет, совсем не так представлял себе Гарин первый подъем на боевой звездолет.
Стена, возле которой копались рабочие, оказалась килевой частью корвета с открытым грузовым пандусом. Сверху свисали черные лианы кабелей, среди которых ползал коротконогий матрос в грязном комбинезоне с плохо читаемыми нарукавными нашивками. Он с остервенением заклеивал серебристой лентой разрывы в изоляции. Рядом зияло отверстие люка, к которому снизу вела грязная металлическая лестница. Подниматься по ней было неприятно – руки липли, и она так сильно вибрировала, что казалось, вот-вот оторвется.
– Куда претесь? – окрикнул их матрос.
– На работу, – Гарин преодолел последний пролет и выпрямился, осматриваясь. – Мичман Биттон сказал доложиться лейтенанту Амаранте.
– Новые «блохи»? – полосы грязи на лице матроса подчеркнули удивление. – Быстро вас… Идите вон, мимо торпедных установок. Потом налево и там своих увидите.
– «Блохи»? – тихо переспросил у Рэя Гарин, когда они шагали узким коридором мимо выпуклых агрегатов.
– Абордажники, – пояснил норвежец, изображая пальцами прыгающего человечка. – Потому что скачут и кусают.
Узкие влажные коридоры с мрачным эхом, разноцветные подтеки на стенах, лампы освещения, горящие в лучшем случае через одну – во всем неухоженность, как в доме нерадивого хозяина.
– Больше похоже на халифатский сейнер, чем на боевой корабль, – озвучил общие мысли Рэй. – Если мы за углом увидим ящики с моллюсками, это будет полное совпадение.
Ящиков с моллюсками за углом не обнаружилось, зато нашлась большая лужа прямо посреди коридора. Возле лужи стояли парень в форме корпорации с офицерскими звездами на рукаве и мужик расслабленного вида, одетый в растянутый свитер и синий комбинезон со свисающими лямками.
– Конки, натекло возле вашего жилого кубрика, – молодой офицер явно хотел казаться взрослее, но его строгий вид явно не производил впечатления на недовольно сморщившегося оппонента. – Это нужно убрать.
– Ну а я тут причем? – лениво удивился Конки, засовывая руки в карманы штанов. – Это вон, из трубы натекло. Пусть технари убирают.
– Все технари в рубке, заняты.
– Ну а я причем? Освободятся – уберут.
– Хватит пререкаться, Конки. Сказал же – надо убрать лужу.
– Тебе надо, ты и убирай…
– Что ты сказал?
– Ничего, – Конки дерзко усмехнулся, покачал головой, развернулся на каблуках и пошел прочь.
– Ты куда? – взвился паренек.
– За ведром и тряпкой. Вы же хотите, чтобы лужа была убрана?
Молодой офицер побагровел, но сдержался. Несколько раз сжал и разжал кулаки, только потом обратил внимание, что в коридоре есть еще люди.
– Добрый день, – поприветствовал его Гарин. – Подскажите, где мы можем найти лейтенанта Амаранте?
Паренек окинул их взором, настороженно ответил:
– Я – лейтенант Амаранте.
– Вы – командир абордажной команды? – на всякий случай переспросил Одегард. Вышло как-то обидно.
– Да, это я, – сквозь зубы проговорил Амаранте, гордо вскидывая подбородок. – Какие ко мне вопросы? Вы кто?
– Операторы мобильной группы Гарин и Одегард, – представился Юрий, имеющий понятие о субординации. – Направлены сюда для дальнейшей работы.
Рэй важно кивнул в подтверждение слов Юрия.
Лицо лейтенанта разгладилось, отчего сделалось вовсе мальчишеским, со всей возможной строгостью он сказал:
– Добро пожаловать на борт. А где мичман Биттон? Он должен был вас встретить.
– Отлучился по делам, – ответил Гарин.
– По делам, – лейтенант скептически свел губы. – Вот значит как. Хорошо. Идемте, я покажу ваши места.
И пошел первым, старательно обойдя лужу. Им навстречу попался спешащий с ведром и тряпкой старик в таком же синем комбинезоне, как и Конки, но чистом и застегнутом. На руке болтались четки с острыми ромбовидными гранями. Старик прижался спиной к стенке, давай пройти Амаранте и новичкам, нервно улыбнулся, не поднимая глаз.
– Вот наш «блошиный» кубрик, – лейтенант остановился возле раскрытой гермодвери, над которой кто-то намалевал черной краской: «Тебе тут не рады».
– Занимайте свободные койки по левому борту, – Амаранте словно не хотел переступать порога, топтался на месте. – Там располагается второй взвод. Потом зайдите ко мне для беседы.
Он указал за спину, на запертую дверь с темными разводами, будто кто-то раз за разом стирал с нее различные картинки и надписи.
– Мой совет: не провоцируйте никого, – зачем-то добавил он. – Нам не нужны конфликты на борту.
