— Какое уж есть, — улыбнулся Красин, разглядывая девушку. И впрямь, другой человек, на такого даже смотреть приятно. Ходит, правда, еще чуть неловко и с некоторым усилием, но это пройдет. Тут ведь и отвыкла, потеряла моторику, и мышцы порядком атрофировались. Ерунда, все решается тренировками.
А так — нормально все. Болезненная худоба ушла, и на сушеную воблу Татьяна больше не похожа. Она, правда, еще до операции частично исчезла. Красин, пока девушка жила у него, взял за шкирку врача из местного реабилитационного центра, и тот составил как нормальную диету, так и режим тренировок для поддержания мышц в каком-то подобии тонуса. Ну а сейчас и вовсе нормальная. Худощавая, конечно, однако это уже врожденная конституция организма.
Единственно, в волосах осталось немного седины, но от этого уже никуда не деться. Такое не лечится. Захочет — покрасит, не захочет — ее дело. Красин привычным движением взъерошил ей изрядно отросшую шевелюру.
— Как настроение от первой самостоятельной прогулки?
— Ноги устали. Дико.
— Это нормально. Ничего, скоро бегать начнешь.
— Естественно, начну, — оптимизм из Татьяны, несмотря на усталость, так и рвался наружу. — Только это…
— Предлагаешь сесть на ближайшую лавочку и чуть-чуть отдохнуть? — прозорливо закончил ее мысль Красин.
— Ага…
Скамейка нашлась практически тут же, в пятнадцати шагах, и села Татьяна на нее с видимым облегчением. Вытянула ноги, устало выдохнула:
— Даже подумать не могла, что это будет настолько сложно.
— Это тебе не виртуальная реальность.
— Да уж. Иногда тянет туда снова зайти.
— Я заскакивал несколько раз, но… Ты знаешь, уже неинтересно. Иду, словно шериф, и все шарахаются. Очень похоже, кто я и что я, все знают.
— Даже так? А твои друзья?
— Игорь со Светой? Я с ними практически не общаюсь теперь. С работы я ушел, ты же знаешь, а просто так они меня видеть совсем не жаждут… После того… В общем, сломалось что-то, и мне, откровенно говоря, жаль. Все-таки я Игоря знаю очень давно. Так что руку на пульсе держу, наблюдаю… издали.
— Извини, что так получилось.
— Да ты-то здесь при чем? Не переживай, у них все хорошо. Скоро дите будет, правда, чуть позже, чем я предсказывал, ну да тут не моя вина — они старались мало.
Татьяна хихикнула. Потом внезапно посерьезнела:
— А ты чем сейчас занимаешься? Раз ушел с работы?
— Во-первых, после нашей аферы денег с избытком. А во-вторых, мужчина, у которого руки откуда надо растут, всегда найдет, чем заняться. Не переживай.
— И все же?
— Открыл свой ресторан, — почему-то стыдливо признался Красин. — Я всегда любил готовить.
— И как?
— Пока нормально, а дальше видно будет. Так что поправляйся — буду тебя откармливать. Ну что, пошли?
— Тебе пора?
— Если честно, да. Но ты не переживай, через недельку снова прилечу.
— Я буду ждать, — слабо улыбнулась девушка. — Скажи, у тебя есть пять минут?
— Найдутся, — прикинул оставшееся до самолета время Красин. — Хоть пять, хоть десять. А что?
— Тогда ответишь на вопрос?
— Смотря на какой. Сколько лун у Юпитера, например, я не помню.
— Плевать на Юпитер. Федор, скажи, ты кто такой? Фээсбэшник? Шпион?
Красин вздохнул. Рано или поздно этот разговор должен был состояться. Хорошо еще, что не пришлось разбираться со всем в тот месяц, когда Татьяна жила у него. Хотя, конечно, видно было, как девчонка хочет задать кучу вопросов. Но — сдержалась. Понимала, что не время и не место. Все же она далеко не дура. А сейчас не худший момент. Ладно.
— Я не работаю ни на какую из официальных структур. Честно скажу, таких, как я, официально вообще не существует. Но, видимо, придется рассказать все с самого начала.
Двадцать лет назад, когда уже было ясно, что большой войны не избежать, работала одна лаборатория. Точнее, лабораторий-то была куча, но далеко не все они работали по заказу военных. А внятного результата и вовсе добивались единицы. Но именно эта добилась.
Откровенно говоря, в нее особо никто не верил. Хотя бы потому, что размещена она была далеко за Уралом, на периферии, да еще и финансировалась по остаточному принципу. Все же основные финансовые потоки традиционно делятся между научными центрами в Москве и Питере. И там же исправно проедаются, а то и вовсе исчезают в неизвестном направлении. Конечно, там и оборудование самое лучшее, и рулят сплошь признанные звезды да корифеи, но соотношение «цена-результат» довольно паршивое. В общем, дороговато выходит, а что-либо прорывное создавать москвичи давно уже разучились. В лучшем случае путем медленной эволюции улучшают существующие технологии. Впрочем, это я отвлекся.
Итак, лаборатория та и впрямь создала кое-что новое. Если конкретно, занималась она разработкой боевой химии. Но не отравы вроде пошлых газов, которые распыляют над полем боя. Нет, совсем наоборот. Эксперименты на стыке химии, биологии и еще кучи смежных дисциплин были направлены на создание боевых стимуляторов нового поколения.
