И ушла, а священник улыбнулся ей вслед. Он вообще меня удивил – для своих лет отлично держался в седле. В пути молчал, смотрел по сторонам, не отвлекал, не задавал вопросов, не сыпал цитатами из Библии и не проявлял вселенскую мудрость по любому поводу. Не пытался наставлять на путь Истинный. Спокойно ехал себе, иногда улыбался. Что ж, тем лучше. Вероятно, моё представление о священниках, по большей части, основано на фэнтезийных книгах. Когда я в последний раз был в городском храме, даже не припомню.
Отдохнув на привале, наша компания снова отправилась в путь. Мы не очень торопились, переходили с бега на шаг и обратно. Пока не стемнело, весь путь проделали без происшествий. На ночёвку устроились немного раньше, чем я планировал, – Григорий совсем вымотался.
Углубились в лес и устроились в небольшой ложбинке. Развели костерок без дыма, нечисть, если не совсем тупая, людей боится и к огню не подходит.
Я изучал карту, Саша и Инга ели, Гаврик ушёл ставить сигналки по периметру привала вместе с Колей. Когда они вернулись, отец Михаил вдруг сказал:
– Гавриил, простите, что вмешиваюсь, но мне кажется, предпоследняя сигнальная ловушка недостаточно заряжена, да и поставлена не очень правильно. Ей перекрывает сектор реагирования сосна.
– Позвольте спросить, как это вы узнали? – осведомился маг.
– Я всё-таки разбираюсь в этом вопросе.
– Надо же, а я уж было решил, что на вас снизошло откровение.
– Все мы рабы Божьи, если мне выпадет такая участь, я постараюсь её вынести. Но в данном случае нет. Я думаю все-таки, ловушку стоит перепроверить.
– А может, вы просто попросите Бога, чтобы он нас защитил от опасности? – язвительно предложил Гаврик.
Отец Михаил улыбнулся. Все на стоянке прислушивались к этому разговору. Григорий, ещё более мрачный в отблесках пламени, подтянул поближе к себе помповик. Это он зря, и я будто невзначай повернулся боком к нему, чтобы было удобнее выхватить меч и ударить. Но это так, профессиональные рефлексы.
– Церковь всегда просила Бога, – ответил священник, – чтобы Он ограждал людей от опасности. Но также говорится, что не следует искушать Бога требованиями чуда. Чудеса и так вокруг нас, просто мы их не замечаем.
– А мне кажется… – начал маг.
– Гаврик, – прервал его я, – пойдём, в лес сходим, пути отхода обсудим.
– И что это было? – спросил я его, когда мы отошли подальше.
Маг замялся, замолчал надолго.
Новое армейское командование взяло курс на сближение с церковью, можно даже сказать, на её на усиление. Понятно, что всё это делалось в пику магам. Церковь и маги Профсоюза не то чтобы очень сильно враждовали. В Зелёном Городе запрещены любые направления магии в области некромантии, танатологии и тому подобного. Опять-таки маги и церковь крепко связаны через армию. Боеприпасы в часовне гарнизона освящают, к примеру, не просто так, потому что такими патронами гораздо быстрее нечисть уничтожается. Освещёнными патронами даже по возможности стараются в людей не стрелять. Но всё равно отношения между этими структурами – Профсоюзом магов и церковью – были прохладными.
– Понимаешь, командир, – наконец ответил Гаврик, – иногда разница во взглядах на некоторые аспекты как духовной жизни, так и…
– Гаврик, ау! Ты ничего не перепутал? – снова перебил я его. – Я уважаю тебя, ты человек интеллигентный, но ты не в библиотеке. Скажи толком.
– Ну извини, командир, вспылил, – коротко ответил он и старался в глаза мне не смотреть, хотя ночное зрение я не включал.
– Так, будем считать, что с этим разобрались. А с той ловушкой всё в порядке?
– Если хочешь, ещё раз проверю, – ответил Гаврик.
– Нет, я не хочу, – с нажимом произнёс я. – Это твоя работа, как командир я тебе доверяю, но обязан спросить. Ты уверен, что с сигналками все в порядке?
Маг опять задумался, потом сказал:
– Думаю, всё-таки стоит еще раз проверить.
– Отлично, я пойду с тобой. И не смотри на меня так, по уставу положено ходить парами, а Колю дёргать я не буду.
Ловушку всё же пришлось подзарядить, но недостаток энергии был неопасным.
Когда мы вернулись, заметили на бревне две банки разогретой тушёнки. Я тут же запустил ложку в еду. А Гаврик демонстративно объявил, что лишний раз ходил проверять периметр и действительно обнаружил небольшие неполадки в одной сигналке.
– Ничего серьёзного, – сказал он официальным тоном, – эту небольшую проблему я устранил. Так что можно не беспокоиться.
Все заулыбались, Михаил Игнатьевич тоже улыбнулся, но ничего не сказал.
А время уже было позднее.
– Так, бойцы, – распорядился я, не прекращая есть, – сворачиваемся, готовимся к отбою. В караул сегодня пойдут по порядку: я, Саша, Коля, Инга.
– Я тоже могу, – сказал Григорий.
– Григорий, у вас отдельное задание, вам решать, как лучше его выполнять.
Сопровождающий кивнул.
– Тогда гасим костёр, и спать.
На огонь бросили несколько комьев земли, чтобы не пошёл дым. Группа зашевелилась, зазвякала амуницией, укладываясь спать. Григорий приласкал стреноженного Орлёнка, дал ему какую-то сладость. Отец Михаил прочитал молитву и тоже лёг. Я же заступил в дозор.
