— Получена срочная шифровка…
По тону его Усаченко понял: у дежурного есть еще какое-то сообщение.
— Продолжайте.
— Банда диверсантов прошла на стыке с третьим батальоном части полковника Никольского.
Усаченко резко поднял голову: в третий батальон должен сегодня утром отправиться со склада обоз.
— Полковника Никольского? — переспросил он. — Задержать обоз.
— Обоз в составе трех повозок под охраной пяти автоматчиков и одного ручпулеметчика отправился в два ноль ноль.
— Вот это уже плохо. Вызовите начальника штаба и замполита.
Привычным движением Усаченко приладил к поясу маленькую кобуру с трофейным пистолетом, надел фуражку и вышел. Довольно прохладное утро заставило поежиться. Полковник остановился у землянки, посмотрел на небо: на нем широко раскинулись легкие перистые облака. Над деревьями парил ястреб, высматривая добычу. «Как самолет… теперь не очень-то фрицы летают, посбили их форс…» — подумал Усаченко, шагая по хорошо утоптанной дорожке.
У штаба его ждал замполит.
— Не та ли это банда, что в прошлый раз пыталась пробраться к нам в тыл? — спросил Усаченко, входя в землянку.
— Очевидно, — отозвался прибывший раньше начштаба, подавая полковнику шифровку. — Обнаружены в квадрате 48–23.
Усаченко внимательно прочел сообщение, подошел к столу, достал топографическую карту:
— Обоз очень меня беспокоит. Слишком мала охрана для встречи с такой большой бандой. Как бы наши не попали в засаду.
— Дорога проходит мимо первой роты, — напомнил замполит. — Можно задержать там на сутки.
— К сожалению, обоз уже прошел первую роту сорок минут назад, — сообщил начштаба и обратился к Усаченко: — Разрешите выслать поисковые группы? Противник, по всей вероятности, находится здесь, — указал он точку на карте. — Думаю, группы Никольского пойдут в эту сторону, чтобы отрезать путь отступления…
Выслушав начштаба, Усаченко приказал:
— Командиру первой роты немедленно выслать вдогонку обозу усиленный наряд. Четырем поисковым группам дадите задачу: окружить и уничтожить прорвавшихся диверсантов…
Гулко тарахтят по лесной дороге тяжело груженные повозки. Дорога то тянется опушкой, то прорезывает кустарник, то чуть заметной полосой пробирается среди высоченных старых сосен. Затянутое облаками небо кажется неприветливым. Пробивающиеся сквозь облака тусклые солнечные лучи, шум ветра не успокаивают, а заставляют настораживаться. Где-то слева осталась первая рота. До третьего батальона полковника Никольского будут встречаться только патрули. Акошин и автоматчики — на первой повозке, на последней — Зоя с пулеметчиком.
Все молчат, и от этого напряжение становится еще большим. На два вопроса Зои повозочный ответил что-то неопределенное. Пулеметчик полулежал на мешках с мукой и, казалось, дремал.
Лес редел, большие деревья остались позади, по краям дороги тянулся невысокий кустарник. В просветах между ветвей справа и слева голубели озера. Дорога шла узким, длинным перешейком. Он тянется километра на два, его берега усеяны камнями, а кое-где чахлыми деревцами. Почти на середине перешейка громоздится причудливой формы огромная скала. Гладко обточенная с одной стороны ледниками, с другой — обрывистая, с нагромождением камней, она издали кажется глубоко вдающимся в озеро мысом, на котором раскинулись развалины старинной крепости с остатками сторожевой башни и зубчатой стены. За ней будто уже нет дороги, а расстилается широкое необозримое озеро. Глядя на эту скалу, Зоя невольно поежилась: было что-то зловещее в черных, лишенных растительности камнях. Смотря на извивающуюся между ними дорогу, огибающую эту угрюмую глыбу, пулеметчик пробормотал:
— Для засады место подходящее.
Зоя обернулась. Пулеметчик привстал и внимательно вглядывался вдаль, словно надеялся увидеть, что скрывается за этой гранитной скалой.
Повозки остановились. Акошин подал знак, и дозорные начали осторожно обходить скалу. Остальные приготовились на случай встречи с врагом.
Зоя, соскочив на землю, выжидала у повозки.
Акошин обернулся, показал на большой валун, за которым она должна была укрыться.
Впереди уже никого, сзади — повозочные и пулеметчик. «Остался прикрывать отход», — подумала Зоя, приближаясь к валуну.
Из-под ног вдруг выскочил серый заяц. Сделав огромный прыжок, на секунду поднялся на задние лапы и, прижав к спине уши, стремглав понесся в сторону леса.
— Как он меня напугал! — прошептала Зоя, передернув плечами от внезапного озноба. Увидев, как метнулся заяц в сторону, почувствовала, что тревога и напряженность исчезли. «Трусоват был Ваня бедный!» — мысленно усмехнулась она…
Опасения пограничников оказались напрасными, за каменной глыбой никого не было.
— Ну, теперь недалече, — проговорил пулеметчик, когда повозки обогнули скалу. — Озера эти проедем, там лесом еще километров с пятнадцать — и дома.
