«Стигга часто беседовал со мной. Этими контактами и определилось мое принципиальное согласие целиком и полностью перейти на работу в разведку. Вообще говоря, «шпионаж» не привлекал меня по моим личным наклонностям. Не было у меня к нему никакого призвания. К тому же я никогда не служил в армии. Моим единственным устремлением было бороться с фашизмом. Кроме того, полковник Стигга убедил меня еще и таким аргументом: «Красной армии нужны люди, твердо убежденные в неизбежности войны, а не роботы или льстивые вельможи». Жребий был брошен…»
Попутно следует заметить, что в годы Великой Отечественной войны во главе разведывательного управления Красной армии были: Ф.И. Голиков (07.01.1940—11.1941), А.П. Панфилов (11.1941—8.1942), И. Ильичев (8.1942—7.1945). Далеко не все они были профессионалами в разведке, так же, как и многие другие сотрудники Центра, посылавшие своим зарубежным резидентурам указания и директивы.
В начале 1938 года в Брюсселе под именем «канадского промышленника» Адама Миклера появился Леопольд Треппер. Его задачей было создать с помощью своих товарищей «крышу», надежно прикрывавшую деятельность военных разведчиков.
Решающую роль ему оказал старый знакомый Лео Гроссфогель, которого он знал еще по Палестине.
Лео Гроссфогель родился в 1911 году в Страсбурге. Затем, в результате возвращения Эльзаса и Лотарингии Франции, стал французским гражданином. Дезертировав из армии, потерял гражданство и уехал в Палестину. В 1928 году переселился в Бельгию, присоединившись к двум членам своей семьи, ставших владельцами фирмы «Король каучука», и стал ее коммерческим директором.
При поддержке Лео Гроссфогеля «канадец Адам Миклер» вскоре стал одним из акционеров, предприятие быстро развивалось. К 1940 году в Скандинавских странах работали вполне преуспевающие филиалы, были установлены связи с Италией, Германией, Францией, Голландией и даже с Японией, где закупался искусственный шелк.
В начале лета 1938 года в Брюссель приехала жена Треппера Люба вместе с их сыном Эдгаром. Семья «канадского промышленника» снимала скромную квартиру на авеню Ришар-Нейберт. Их соседи — Гроссфогели — проживали в доме 117 на авеню Прюдан-Боль.
Они были тесно связаны дружбой с давних пор и охотно ходили друг к другу в гости.
Как только коммерческая «крыша» была признана достаточно готовой, из Москвы стали прибывать новые люди.
Весной 1939 года в Брюсселе появился «уругвайский гражданин» Карлос Аламо — Михаил Варфоломеевич Макаров.
В качестве переводчика Макаров в 1936 году был направлен в Испанию. Там он овладел специальностью бортстрелка. Летал на боевые задания на самолете СБ (скоростной бомбардировщик). За проявленное мужество и отвагу в боях за свободу испанского народа М.В. Макаров был награжден советскими орденами Красного Знамени и Красной Звезды.
Вернувшись в Москву, он прошел спецподготовку в разведшколе Разведупра и стал радистом в бельгийской группе Отто и одним из его ближайших помощников.
«Уругваец» Карлос Аламо был направлен в город Остенде, на побережье Балтийского моря, где стал владельцем магазина, филиала «Король каучука».
Там у него была запасная рация, которая до определенного времени молчала.
Немного раньше, также весной 1939 года, под именем Винсенте Сьерра стал обучаться в Свободном брюссельском университете в качестве вольнослушателя еще один «уругвайский гражданин» — А.М. Гуревич. Там он изучал бухгалтерское дело и торговое право.
Жена Л. Треппера — Любовь Бройде, студентка литературного факультета университета, стала связной между мужем и «уругвайцем».
Анатолий Маркович Гуревич родился 7 ноября 1913 года в Харькове. Затем переехал в Петербург. Учился в институте «Интуриста», откуда со второго курса добровольцем уехал в Испанию. Находился в качестве переводчика на советской подлодке. После падения республики вернулся в Советский Союз. В Москве прошел спецподготовку в разведшколе. Конечно, в течение пяти месяцев подготовить профессионального разведчика было невозможно. Слишком маленькие сроки всем отвела приближавшаяся война. В брюссельской группе Л. Треппера агент «Кент», А.М. Гуревич, стал шифровальщиком.
Постепенно в состав нелегальной организации были привлечены и другие люди, казалось, самой своей судьбой подготовленные для борьбы с фашистами.
Война совсем рядом, сапоги вермахта уже топают по родной земле Л. Треппера. Оккупировав Польшу, германские войска остановились у западных границ Советского Союза.
После заключения советско-германского пакта о ненападении из Центра стали приходить указания, явно показывающие, что «обновленное» руководство Разведупра не было заинтересовано в создании крупной разведсети в Европе. В нескольких телеграммах, каждое слово которых, видимо, было тщательно взвешено, Л. Треппера настоятельно просили вернуть в Москву М.В. Макарова и А.М. Гуревича, а Лео Гроссфогеля отправить в США. Самому Л. Трепперу предлагалось вернуться в Москву, где, как он понимал, его ждала судьба многих других соратников Я.К. Берзина.
