– Когда тебя последний раз бабы бросали? – послушно спросила собеседница… или собеседник низким голосом. Опять не удалось установить половую принадлежность. Ну и хрен с ней. Или с ним.
– В школе! В школе, мать… природу вашу! – Влад поднял палец в надежде, что бармен заметит его и догадается, что это знак повторить. То, что перед ним стояли еще две полные рюмки текилы, он не замечал. – Я! Я всех этих дур бросал всегда! Да я даже и не считал никогда, что у нас отношения! А эта… Эта…
Он махнул рукой, ударился ею о стойку и зашипел от боли. В глазах на некоторое время прояснилось. Оказалось – напротив сидит девушка явно нетяжелого поведения. Ресницы накладные, личико смазливое, губки наколотые, грудь… хорошая такая грудь. И на шмотках разве что ценники не болтаются. Чтобы сразу видно было, сколько отваливать.
– Ты! – обрадовался он. – Вот ты, да. Я тебе нравлюсь?
– Нравишься, – сказала девушка, придвигая к его пальцам рюмку.
– Ты бы меня бросила?
– Нет, никогда. Ты же красавчик.
– Вот! – Влад махнул текилу и с размаху стукнул дном рюмки о стойку. – А она бросила!
– Дура, значит, – пожала плечами девушка.
– Слышь! – Он аж выпрямился, только тут заметив, что куда-то продолбал пиджак. – Где… А, черт с ним! Слышь! Не смей так о ней говорить! Я ведь Леюше, знаешь, сколько этих чертовых кукол в шариках накупил? Лежат теперь в машине, куда их девать… – пожаловался он, стремительно переходя от агрессии к нытью.
В машине – потому что из квартиры матери он снова съехал. Но к Снежане, разумеется, возвращаться не стал. Снимать что-то новое – тоже. Ночевал в собственном офисе на диване, пугая сотрудников по утрам похмельным видом.
Потому что каждый вечер, с тех пор как они расстались с Хель в том парке после его шантажа, он проводил в очередном баре. Пил до тех пор, пока не переставал чувствовать ноющую боль в сердце. Обычно – до полной отключки. Только во сне не болело.
Работа как-то делалась: к середине дня он более-менее приводил себя в порядок и занимался тем, что никто другой сделать не мог. Встречи, договоры, подписи. Но это была такая лютая тоска… Бессмысленная, как вся его жизнь.
– Это у меня, знаешь, просто… как его… – Влад пощелкал пальцами. Перед глазами снова все плыло. – Раненое эго, вот! Меня никто не бросал, это подрывает мою мужскую состоятельность! Поэтому! Поэтому так хреново, поняла? А вовсе не потому что мне нужна эта… разведенка. С прицепом.
Девушка урок усвоила и комментировать не стала. Только придвинула к нему последнюю рюмку текилы.
– О, спасибо! – обрадовался Влад. – Вот ты заботливая, ты меня понимаешь. Пойдем куда-нибудь, где потише?
– Час – тридцать, ночь – сто пятьдесят. Все включено – шестьдесят и триста, – деловито сообщила она.
– Да пошли, пошли, что ты болтаешь! – махнул рукой Влад.
Девушка где-то нашла его пиджак. В пиджаке обнаружился телефон и ключи от машины. Удачно. Хотя зачем ему машина?
По пути купил в баре еще бутылку.
Поднялись в номер.
Девушка привычно и деловито начала раздеваться. Под довольно скромным платьем до колена обнаружился головокружительно развратный комплект белья – с портупеей и чулками с поясом.
– Красиво, – равнодушно заметил Влад, падая в кресло в обнимку с бутылкой. Рюмки сейчас казались ему лишним звеном в жизненном пути алкоголя, так что пил прямо из горла.
– Кстати, я Римма, – сообщила девушка.
– Ну, хорошо, что не Ольга, – сообщил Влад бутылке.
Римма, видимо, устав ждать от него активности, сама забралась на широкую кровать, устроилась среди подушек и медленно начала стаскивать с себя трусики.
Влад наблюдал за этим, делая глоток за глотком. Вставать не хотелось. Что за бессмысленные телодвижения?
– Иди ко мне! – промурлыкала Римма, раздвигая ноги. – Видишь, я жду только тебя. И никогда не брошу.
– Пока деньги не кончатся, – сообщила последняя разумная клетка мозга устами Влада. А потом и она захмелела, и он вдруг развеселился. Захотелось расхохотаться, вскочить, показать этой девке, чего она лишилась из-за своего упрямства! Или не этой?
– Чего тебе хочется? – Римма кошачьим движением перетекла в позу на четвереньках и подползла к краю кровати. – Любые мечты. Любые желания.
– Танцуй! – заявил Влад.
Непослушными пальцами он достал из кармана телефон, наугад выбрал какой-то трек и выкрутил громкость на максимум.
– Танцы за отдельный прайс, – сообщила эта деловая женщина. – Деньги вперед.
– Окей! – Влад пронаблюдал, как она достала из сумочки мобильный терминал, и махнул в его сторону телефоном, не глядя на сумму. С громким «динь» она списалась со счета, и он повторил: – Танцуй, с-с-с-с-с…сказал!
Римма выгнулась, завела руки назад, стряхивая с волос заколку. Они шелковым водопадом рассыпались по плечам. Двигалась она профессионально: видать, подрабатывала в стриптизе.
Влад смотрел куда-то сквозь нее, продолжая накидываться текилой.
Через час доплатил за танцы.
Еще через час – снова доплатил.
Еще через час Римма взмолилась:
– Я устала!
– Танцуй! – рыкнул Влад, снова прикладывая телефон к терминалу.
