- Ладно, сдаюсь. – Майор поднял руки вверх. – Не стоило так пылить. Я и сам зажат в рамки скорого перехода в состояние с жизнью не совместимое.
- Тогда сразу к делу, - губы Иванова исказила какая-то выстраданная гримаса. Взгляды тени и майора встретились.Курехин ужаснулся тому, что прочитал он в глазах Иванова. Этот человек никого не боялся, точнее, больше никого не боялся, как это могло быть только у затравленного волка. Ни эмоций, ни сочувствия, ода лишь слепая ярость и готовность защищать свою жизнь до последнего клочка шерсти, капли крови, глотка воздуха. – У вас в команде осталось трое непричастных к делу господ. Это, как вы уже поняли, временно безработные Блохин и Лютиков, и подполковник ГРУ Капустин. С последним особенно интересно. Достичь столь высокого положения за считанные годы, не вылизывать чужие задницы и иметь авторитет и любовь подчиненных. Я даже знаю его секрет, но к нашему делу он не относиться.
- И то, правда, - сморщился Курехин. – Оставим Винни в покое и займемся нашими баранами.
- Да, верно, - Андрей кивнул и безумным взглядом впился в майора. – Один ты, майор, не справишься. Ваша программа-шпион хоть и наделена особыми свойствами, но артподготовку устроить не может, да и Давыдов, как бы он не поднатаскался за последние игровые месяцы, не боец. У вас есть трое опытных, проверенных в горячих точках боевика. Далее все просто. Ваша локация вычислена до последнего пиксела. Ваши друзья добровольно входят в систему, и вы, как бы это выразить, идете в несколько другую сторону.
- Отклониться от курса?
- Да. Верные мне люди пересчитают точку перехода и внесут изменения в код, где вы сможете найти мою цифровую копию. Как только я пойму, что все нормально, я дам команду на новую программу, и вас выбросит прямиком в финал.
- А что если я откажусь? – Нахмурился Всеволод.
- Воля ваша, - развел руками двойник премьера, - только ни перед оригиналом, ни перед Скоряковым я отчитываться не намерен. Вас просто уничтожат, физически. Следы же своего присутствия в комплексе в столь щепетильный момент я подчищу лучше любого специалиста.
Переброска прошла почти буднично. Верные боевые товарищи, услышав о просьбе Курехина, согласились, даже после того как майор в красках описал все возможные последствия эксперимента.
- Кровоизлияние в мозг, отказ органов, токсическое заражение… - Всеволод еще раз обвел взглядом троицу но ни один мужичина не дал слабины.
- Ладно тебе, командир, - взял на себя смелость Вини, - чего уж там. Знали, на что шли тогда, знаем во что лезем сейчас. Ведь другого выхода, как понимаю, нет и не предвидится.
- Есть один, - Всеволод смущенно развел руками. – Дождаться пока моя копия даст жару всем жутикам в моей голове, но зная, что в ней твориться, я бы на цифрового двойника сильно не надеялся. Да и какая у него поддержка. Аналитик, да компьютерный вирус.
- А значит меня со счетов? – В лабораторию просочился Давыдов и присев на табурет потянулся к пробиркам, закрепленным на стенде, от чего тут же получил по руке бдительным лаборантом.
- Не пойми меня, Сема, неправильно, но я уж лучше со своими. – Кивнул майор.
И снова ящики с аппаратурой, и катетер на руке, но на это раз все будто в игре и не с тобой происходит, а будто со стороны. Блохин молча смотрит в потолок пока люди в белых халатах стучат по клавиатурам и закрепляют на лбу электроды,Лютиков заметно нервничает. Бойцу явно не по себе. Он и раньше больницы не любил, а сейчас и вовсе не питал к ним нежных чувств. Один только Капустин почти весел. На лице загадочная ухмылка, в глазах боевой азарт от близкого боя. В голове незнамо что.
- Готовы? – Парень за пультом обернулся к кушеткам. Кто-то хмыкнул, кто-то поднял вверх большой палец, кто-то матюгнулся. Приняв все это за согласие, парень вдавил кнопку. Жидкости побежали по трубкам. Мониторы оживились, выдавая потоки информации. В воздухе как будто запахло озоном, как после грозы. - Раз, два, три,- готовность копий тридцать процентов. Сопротивление подсознания умеренное.
- У меня отклонение от нормы на три децибела, - это связист, крутит ручки, подстраивает технику.
- Готовность копий сорок три процента. – Парень за пультом напряжен, но делает это почти привычно, как будто газировки налить. Никто не обращает внимания на подопытных. Тянет в сон, во рту мерзкий стальной привкус, усиливающийся с каждой минутой. Реальность растягивается, будто резина, расслаивается на тысячи тонких нитей. Сознание кричит, не в силах отделить химические реакции от реальных событий.
- Долго еще? – Вини скрежещет зубами, комкая белоснежную простынь.
- Готовность девяносто процентов, пропускная способность канала в норме. GSM-вышки работают на полную.
- Долго еще? Все тело ломит, будто под самосвал попал. – Это уже Лютый. Лежит смирно, но закусил губу, так что по подбородку заструилась тонкая струйка крови.
- Болевые ощущения сильные? – Беспокоится лаборант за пультом.
- Терпимо, - цедит боец. – Но почему я не отключаюсь?
- Так надо, - бормочет белый халат. – Так надо, терпите. Экстренный вброс.
