В 30 — 40-е годы прошлого века в Японии действовала резидентура советской разведки под руководством Р. Зорге, одной из основных функций которой было стратегическое агентурное проникновение в высшие политические, экономические, военные круги Японии с целью оказания влияния на внешнеполитические устремления Японии в ходе Второй мировой войны.
Говоря об агентах влияния, необходимо отметить достаточно зыбкую доказательную составляющую подобного обвинения; подозрения в принадлежности к агентуре влияния могут иметь место в отношении практически каждого оппозиционера, видного и бескомпромиссного представителя оппозиции.
Очевидно, лакмусовая бумажка здесь — отражение того, что в поведении и действиях конкретного лица, его убеждениях сформировано в результате личного осмысления внешних, внутренних, объективных и субъективных обстоятельств окружающей действительности и что является результатом, продуктом воздействия чужой воли, направленного влияния (именно поэтому мы и говорим об агентуре влияния; не только они влияют, но и на них оказывается действие) иностранной спецслужбы, разведки противника.
Доказать прямую связь агента влияния и непосредственно разведцентра, резидентуры иностранной разведки как представителей зарубежного государства достаточно проблематично, а подозрения в отношении конкретных лиц могут быть сознательно инспирированы с целью их дискредитации.
Различны и масштабы агентов влияния — от лидеров государств и их ближайшего окружения до владельцев, держателей источников информационных потоков, ресурсов.
Суть провокации блестяще отражена А. Даллесом в его «Искусстве разведке». Рассматривая провокацию как «древнюю и бесчестную практику», Даллес утверждает, что сам термин «agents provocateurs» зародился во Франции, провокаторы использовались во времена политических смут, но опять-таки именно русские (имеется в виду царская охранка) подняли провокацию до уровня искусства. Формула провокации, по А. Даллесу, в том, что агент, вступив в какой-нибудь революционный кружок, не только шпионил за его участниками и передавал сведения о них полиции, но и подстрекал их к таким действиям, которые давали бы повод для ареста отдельных или всех членов кружка.
Необходимо подчеркнуть, что провокатором выступает не только и не столько агент, сколько его оператор, оперативный работник, отрабатывающий, поощряющий провокационный способ выполнения поставленной задачи, формирующий морально-психологическую позицию агента, суть которой в абсолютном аморализме, безнаказанности, круговой поруке, базирующейся на некоем государственном интересе, исключительности, — своего рода модель сверхчеловека, парящего над общечеловеческими этическими понятиями о чести и совести, добре и зле; истине и ответственности.
Не всегда приобретение спецслужбой агента является плодом кропотливой плановой вербовочной работы.
Как показывает практика, носители уникальных государственных, военных, разведывательных, контрразведывательных, научных, секретных и совершенно секретных сведений по собственной инициативе без какого-либо побуждения извне устанавливают контакт с целью сотрудничества с подразделениями спецслужб иностранных государств, как правило, резидентурами. Для спецслужбы этой ситуации главное — готовность принять, обработать так называемого «инициативника» и в кратчайшие сроки организовать агентурную работу с ним, главное в которой – обеспечение конспиративной связи. Агенту-инициативнику нечасто отрабатываются разведывательные задания, он действует, исходя из сложившихся у него возможностей в силу служебного и иного положения, сам определяет объем и периодичность передаваемой в спецслужбы информации и нередко диктуя иностранной разведке или контрразведке порядок обмена информацией и условия сотрудничества.
Инциативниками были такие суперагенты, как сотрудник ФБР Хансен, сотрудник ЦРУ Эймс и Ли Говард, офицеры ГРУ Пеньковский, Поляков, шифровальщик КГБ Шеймов, проваливший Р. Абеля заместитель резидента советской нелегальной разведки в США Хейханен.
Побудительные мотивы установления по собственной инициативе связи с иностранной разведкой в основном материальные; например, гонорары таких агентов-инициативников, как Эймс, Хансен, составляли не один миллион долларов США.
Конспирация - термин, применяемый в тайной политической борьбе, соответственно, в практике и теории деятельности разведки, контрразведки, политической полиции. Суть конспирации, на наш взгляд, наиболее полно и емко отражена в определении, данном в 1927 году Н.Е. Варфоломеевым применительно к слагаемым военной хитрости. В статье «Оперативная внезапность и маскировка», опубликованной в журнале «Война и революция», Н.Е. Варфоломеев основными компонентами военной хитрости называет скрытностьи введение в заблуждение.
