- Нам до гор осталось всего ничего. Дней десять, может, двенадцать. Но эта сволочь регулярно здесь нападает...
- Может, нам повезет, и он не нападет. Не обязательно ж сейчас. И Фарран-бей со своими людьми недавно здесь проезжал...
Лоренцо только вздохнул.
- Может, и повезет. А может, и нет... - разговор вообще начался с рассказа трактирщика о последних 'подвигах' подонка. Если можно назвать таковым словом издевательства и убийства беззащитных и ни в чем не повинных людей. Кого сразу убили, кого разорвали лошадьми, кого... тех, кто сопротивляется, могли вообще закопать в песок и так оставить. Чтобы одна голова наружу - мучительная смерть...
Смысл был все равно один.
Бросайте оружие и сдавайтесь. Тогда - может быть! - вас не станут мучить перед смертью. Или вообще в рабы продадут. Это если очень, очень повезет.
Лоренцо такие рассуждения заранее не нравились. Вот еще не хватало. А потому...
- Кольчуга у нас есть. В ней я и поеду. И оружие не забуду. Раз уж предупредили. А ты... если что - бери мальчишек, бери Динч - и прячьтесь под телегой. Понял?
- Да.
- Чтобы вас стрелами не достали, да и оттуда не достали сразу. Пока я буду порядок наводить.
Зеки-фрай помолчал пару минут.
- Справишься?
- Смотря, сколько их будет. Не всех положу, так хотя бы уполовиню, - пожал плечами Лоренцо. Помнил он, как подействовал на пиратов. Да и свои подвиги на Арене - тоже.
Зеки-фрай серьезно кивнул. Благо, они сидели в дальнем углу, никто их не слышал, да и кому они нужны - нищеброды? Идут с караваном, вот и пускай идут, вреда не будет и ладно. Не купцы, не богачи, не беи... просто обычные люди. Все медяк прибудет...
- Я не спрашивал после Арены. Но... что с тобой было и чем я смогу тебе помочь?
Энцо не стал таиться, и озвучил версию, которую придумал давно. Еще с Мией.
- У нас в роду были вирканги. Знаешь о таких?
- Берсеркеры, - сообразил Зеки-фрай. Он и сам о чем-то таком догадывался, но ведь когда тебе подтверждают, оно куда как лучше звучит? Правда?
- Они самые. Как следует контролировать я это не могу, оно само... когда есть смертельная опасность. Потом уйдет, а я упаду, как на Арене. Полутрупом.
- Понял, - сообразил Зеки-фрай.
А чего тут непонятного? Лечить, кормить, поить вином с медом... дело совершенно житейское.
Правда, берсеркеры - существа весьма редкие, но вот ведь? Встретился же?
Значит, надо его использовать. Благо, Лоренцо на их стороне.
- А...
- Что ты еще хочешь узнать?
- У тебя кто-то... отец, дед...
- Нет. Это по материнской линии пришло, - качнул головой Лоренцо. - Поэтому учить меня было некому. Сам что смог, то и нашел, как получилось,, так и выучился.
- Вот оно что... только при смертельной опасности?
- Да.
Впервые за столько времени Зеки-фрай засомневался.
Динч ему вдруг стало... жалко? Да, можно и так сказать. Одно дело - обычный человек. Другое... вот так.
Вряд ли Динч справится с берсеркером. На Арене был один такой... Зеки-фрай знал и на что он способен, и каков он в обычной жизни.
Полубезумный...
И мужчина говорил, что берсеркеры этим заканчивают - ВСЕГДА!
Лоренцо Феретти на него не похож, но там же разница в возрасте чуть не вдвое?!
Впрочем, свои мысли Зеки-фрай оставил при себе. И горячо помолился, чтобы разбойник им не встретился. Обойдутся они без такого счастья...
То ли молился Зеки-фрай не так, то ли не там...
Пустынный Смерч свои появления обставлял весьма и весьма торжественно.
Караван шел.
На бархан выехал мужчина во всем черном.
Свистнула стрела, ударила у ног идущего первым... перья тоже выкрашены черным.
Знак остановиться.
Остановиться, сложить оружие, встать на колени, поставить горло...
Или...
На барханах медленно вырастали такие же черные фигуры с луками. У всех замотаны лица, все на черных конях...
- Ну! - рыкнул Лоренцо.
Зеки-фрай схватил сына и нырнул под телегу. Второго мальчишку точно так же схватила Динч. Кажется, еще и собой прикрыла, Лоренцо уже этого не видел.
Ты хочешь красивых жестов?
Их есть у меня...
Чем всегда гордится любая шайка - это удалью атамана. Всегда... где бы дело не происходило,, хоть в лесу, хоть в пустыне, атаман должен принимать вызовы.
Или...
Или он перестанет быть атаманом.
Лоренцо Феретти стукнул коня пятками - совсем легонько. Конь у него, даром, что низкорослый и лохматый, был еще и потрясающе умным. Какие шпоры? Какие хлысты?
Он сам все преотлично понял.
А еще, когда конек хотел, разгоняться он мог - всем на удивление. Никто и ахнуть не успел, как Лоренцо оказался рядом с Ведущим Караван, поднял стрелу - и переломил пополам. Причем, показательно.
На глазах у всех.
А потом спрыгнул с коня, сделал несколько шагов вперед и выразительно поманил атамана к себе.
Мол, имел я тебя в виду!
Выходи, если не струсишь!?
Переоценивать 'благородство' подонков, у которых его отродясь не водилось, тоже не стоило. В красивых романах атаман выехал бы один на один, был бы побежден, наказан, может, еще бы раскаялся и стал служить добру. Серена и Джулия над такими книжонками слезами уливались.
Лоренцо тоже иногда пролистывал, чтобы уснуть побыстрее...
С холма раздался свист, и на Лоренцо устремились сразу... сколько?
