- Дай мне слово. Пока Адриенна будет беременна, чтобы твоя гадюка к ней не подползала.
- Отец!
- Ты не понимаешь? Конец тебе, мне, династии... ты своими руками хочешь убить своих детей? От единственной, кто может их родить?
- Может, не единственной...
- Тебе мало даны Алессандры? Еще надо?
Филиппо насупился. Отец ударил в больное место.
И - да. Эданна Франческа имела свободный доступ к дане Алессандре. А что уж там было, как оно было... принц был уверен, что нарочно она не вредила. Но слова?
Как часто мы недооцениваем силу слова?
Да не заговор, не магию какую, а обычные слова! Ими тоже преотлично можно ранить, а иногда и вообще убить. Но кто об этом задумывается, пока не станет слишком поздно?
Да никто!
- Я... обещаю.
- Вот и отлично. А теперь иди, сходи, проведай невесту. Когда дан Виталис разрешит.
Филиппо насупился, но отец выглядел очень внушительно. И его высочество, скрипнув зубами, отправился к лекарю.
Ему повезло.
Адриенна как раз пришла в себя и сейчас сидела в подушках, пила горячее молоко с медом.
- Доброго дня, дана,, - брюзгливо произнес Филиппо, опускаясь на кровать.
Невольно, он сравнивал Адриенну со своей возлюбленной.
День и ночь. Или точнее - ночь и день.
Адриенна - невысокая, худощавая, грудь там надо искать только на ощупь, кожа бледная, словно лягушачье брюхо, словно мелом ее с ног до головы обсыпали.
Волосы черные, как смоль.
Синие глаза - красиво, конечно, но ему и это не нравится. Слишком уж они холодные и спокойные. Слишком жестокие. То ли дело глаза его любимой.
Глубокие, влажные, черные... только не жесткие, а нежные, ласковые... и он в них тонет, растворяется...
И волосы у Чески золотые, и фигура такая... руки сами тянутся.
Даже одежда!
Франческа, чтобы его порадовать, одевается в белое, алое, золотое... рядом с ней пасмурный день светлее становится.
Адриенна СибЛевран даже сейчас сидит, словно ворона. Во всем черном. Просто - фу.
Мысль о том, что ему и ангел небесный не понравится, особенно если жениться на оном насильно, Филиппо даже в голову не пришла. Побоялась призрака эданны Франчески.
- Ваше высочество, - Адриенна сделала еще глоток молока. - Простите, не могу встать и приветствовать вас, как подобает...
На последнем слове ее разобрал кашель, и пришлось опять глотнуть молока. Филиппо поддержал кружку, чтобы девушка не разлила половину. Все же, он не был ни злым, ни жестоким намеренно...
- Что с вами случилось, дана? Еще вчера вы были здоровы?
- Полагаю, я просто перенервничала, - выбрала самый простой ответ Адриенна. А зачем вдаваться в подробности?
Она даже не врет.
Она жутко перенервничала. За Лоренцо.
Сейчас ему лучше, и он обязательно выживет, но это же - сейчас! А ночью она еще не была в этом уверена.
Рука сама по себе сжала медный крестик... Филиппо заметил это движение, нахмурился.
- Медь? Вам не подобает носить такую дешевку.
- Прошу оставить мне ее, чтобы я помнила о своем долге перед людьми, - Адриенна не переживала. Она даже была спокойна... и снова - не лгала. На ней долг перед Мией.
Серьезный долг.
За того же Леонардо, за оборотня, за слишком предприимчивого купца...
- Если вы так хотите. Но украшения, подобающие вашему статусу извольте носить. Я прикажу прислать, - Филиппо решил, что королевские гарнитуры все равно валяются в сокровищнице.
Изъять их оттуда для эданны Чески отец не давал, но может, со временем?
Адриенна вежливо поблагодарила. Хотя Филиппо видел, что украшения ее не слишком занимают. Подумаешь, радость жизни...
- Что говорит лекарь? - перешел к следующему пункту принц.
- Надеется, что я скоро буду здорова.
- К свадьбе?
- О, да. Но с ребенком действительно хорошо бы подождать до семнадцати лет. Пожалуйста, ваше высочество...
- Почему нет? - вздохнул Филиппо. - Ждать уже недолго осталось.
Адриенна поежилась.
Как-то даже думать об этом было неприятно. Ребенок же...
А для этого надо... не просто за руки держаться, а вообще... вот все, что между мужчиной и женщиной... да, Адриенна видела, как это происходит, и знает, и за эданной Сусанной, чтоб ее черти вилами растащили, подсматривала... хоть ты благодари гадкую бабу за просвещение, но...
Когда видишь - это одно.
А когда самой?
Как-то неприятно, и страшновато...
Принц вздохнул.
Все эти мысли так явственно были написаны на лице Адриенны, словно она вслух говорила. А Филиппо, при всей его бесхарактерности, не был плохим человеком.
Слабым - да, зависимым, ведомым. Но напрасная жестокость не была ему свойственна.
Напрасная.
При необходимости, он бы с кого угодно шкуру содрал. Но здесь и сейчас...
Мужчина аккуратно коснулся руки девушки.
- Не бойтесь, Адриенна. Да, вы мне очень не нравитесь, но я постараюсь не обижать вас намеренно.
Адриенна потерла лоб свободной ладонью.
Может, не перенервничай она так за Лоренцо, не чувствуй себя так отвратительно...
- Ваше высочество, вы мне тоже не нравитесь. До отвращения.
- А!?
Вот такого принцу точно еще выслушивать не приходилось. Адриенна искренне старалась сдерживаться, а тут вот... пробрало.