Она пока помолчит. Со временем она узнает, что это за Адриенна. Посмотрит на нее поближе. Пальцы женщины сжались в кулаки. Да поближе...
А еще...
Лоренцо человек очень порядочный. Очень добрый, очень ответственный... любить он может кого угодно, но... он никогда не бросит своего ребенка.
Никогда.
Они задержатся в том селении на зиму, так что шансы у нее есть. Определенно, есть...
И уж она-то своего не упустит. И никому ничего не отдаст! Вот! Неважно, кто ты такая, Адриенна, но Лоренцо - МОЙ!
Солнечный зайчик критически осмотрел плотные портьеры
М-да... поди, пробейся через такие!
Сложно...
А если в обход?
Он упорно обследовал шторы, потом оконную раму, и наконец, нашел подходящее место. Как раз там, где карниз самую чуточку покосился, и можно было пролезть в комнату через крохотное отверстие.
Ничего, ему хватит!
Одно ловкое движение - и солнечный зайчик оказался внутри комнаты, проскакал по потолку, спустился вниз и удобно устроился на розовой пятке, которая выглядывала из-под одеяла. Поерзал немного, пощекотался...
Адриенна втянула ногу внутрь, но было непоправимо поздно. Свое солнечное дело зайчик сделал - и запрыгал по спальне дальше, выискивая куда бы присесть.
Женщина чихнула и открыла глаза.
И тут же пожалела об этом.
Ой, как гадко-то...
Тело все ломит, болит, подташнивает, голова явно кружится, а между ног вообще ощущение такое противное-противное. Это и есть супружеский долг?
Воистину, такое надо с приставами и стражей взыскивать, нормальные люди по доброй воле на такое не согласны. Вот, к примеру, она. Совершенно не согласна!
Только кто ее спрашивал?
Филиппо Четвертый тоже проснулся, и теперь смачно зевал. Еще и, простите за грустные подробности, воздух портил. А вот не надо было вчера овощи в таких количествах уплетать. Зеленый горошек, штука вкусная,, кто бы спорил. Но в определенных сочетаниях она еще и весьма... газопроизводительная.
Впрочем, Адриенне муж и так не нравился. Так что ароматизация комнаты... да плевать три раза!
- Доброе утро, дражайшая супруга, - Филиппо выбрался из-под одеяла и зашлепал к ночной вазе.
- Доброе утро, дражайший супруг, - в тон ему отозвалась Адриенна.
- Как вы себя чувствуете?
- Отвратительно, - честно сказала девушка, откидывая одеяло.
Филиппо, который как раз ощутил определенную легкость в организме, повернулся и едва не присвистнул.
Кожа у Адриенны была тонкой и белой. И синяки на ней смотрелись оч-чень грустно. И было их достаточно... объяснять, что это по неловкости, а не со зла? А болит-то одинаково...
Хоть ты из вредности, хоть ты как, а все равно больно.
Скомканное полотенце пропиталось побуревшей за ночь кровью, и Адриенна брезгливо скинула его на пол. На простыне тоже была кровь.
- Лекарь нужен? - Филиппо интересовался вполне деловым тоном. Вряд ли отец простит ему угробленную супругу... как-то это неправильно?
- Лекарь? Да, наверное, - кивнула Адриенна, прислушиваясь к своим ощущениям. - И не только он. Позовите ко мне служанку, причем не абы кого, а именно Розалию Меле.
- Розалию Меле?
- Она точно не будет сплетничать, - пояснила Адриенна. - Это важно.
Филиппо медленно кивнул.
- Хорошо. Розалия Меле. А фрейлин?
- Прикажите им пока подождать. Пусть приготовят мне утреннее платье, эданна Сабина догадается, что именно нужно. И попросите лично ее мне помочь. Скажите, к примеру, что мне нужен совет, или что у меня болит голова после бурной ночи... хорошо?
Филиппо кивнул.
И поставил супруге плюсик. Емкий такой...
Вот окажись она другой... а ведь могла бы сейчас и истерику устроить, и поплакать всласть, и позвать к себе девушек... и через два часа по дворцу такие сплетни бы разнеслись! Подумать жутко!
Вместо этого Адриенна заботится о его... да, сейчас именно о его репутации.
Вот как хотите, никто не подумает плохо о ней после брачной ночи.
Кровь есть, все соблюдено. Невеста была девушкой. Что не умеет мужчине угодить, так это и понятно, не шлюху из борделя взял. А вот его отношение...
Он мужчина, тут с него и спрос больше. И синяки, и кровь, и...
- Я позову дана Виталиса.
- Благодарю, ваше величество.
Филиппо влез в ночную рубашку, накинул халат и вышел из спальни супруги.
Адриенна поспешно заложила засов. Откроет она только Розалии, это уж точно. Засов - это так, гарантия, что никто лишний не ворвется.
Тело болело.
Но от вчерашнего ледяного отчаяния - жизнь кончена,, она навечно связана с нелюбимым, и следа не осталось. Вообще.
Рассосалось, как и не бывало.
Адриенна подошла к окну.
Эти несколько минут у нее есть. Девушка раздернула шторы, солнечный свет ударил в лицо, обволок хрупкую фигурку теплым золотистым покрывалом, погладил, утешил, согрел...
Во сне она видела Лоренцо. Она это хорошо помнила. Мужчина держал ее за руки, говорил что-то хорошее... не целовал, нет. Это вообще был на редкость целомудренный сон. Но Адриенна была счастлива.
Он помнит про нее.
Он жив.
Он обязательно вернется, и все будет хорошо. Будет ведь, правда?
