- Тебе вообще с животными будет легко. Это связанным было сложно, животные их не любили. Но и то, запах можно было отбить. Полынь, чертополох, любисток, лаванда... кстати - роза.
- Роза?
- Только черная. Запах моих роз забивает любой другой.
- Ой, они так разрослись...
- Неудивительно. Тебе плохо - они растут. Не забывай, Сибеллины - свет и счастье своей земли, но мы ведь не можем быть постоянно счастливы. Мы не идиоты, это тем для радости ничего не надо. А мы можем и злиться, и горевать, и плакать... вот, чтобы не причинять вреда людям, выросли эти розы. Чем хуже тебе, темп сильнее они растут.
- Они так весь розарий заполонят.
- Обязательно. Когда я рожала... между прочим, больно!
- Да?
- А ты сомневалась?
- Ну... а средства никакого нет? - наивно понадеялась Адриенна. - Мало ли?
Моргана только головой качнула.
- Когда я рожала, они чуть через реку не переползли.
- Охххх!
- Пришлось потом укрощать. Кстати, тебе бы это тоже сделать.
- Что именно?
- Сходить в розарий. И полить розы своей кровью.
- Зачем?
Моргана только вздохнула.
Да, эта девочка ее потомок. Но как же мало она знает! Какая хрупкая штука - человеческая память! И столетия толком не прошло, а все уже стерлось!
- Дело в том, Адриенна, что все эти розы - одна роза.
- Это как?
- У них один общий корень.
- Как грибница у грибов?
- Именно, - порадовалась Моргана. - Как грибница. И если напоить корни своей кровью, они почувствуют моего потомка и признают тебя хозяйкой.
- И что я смогу, как их хозяйка?
- Что захочешь. Они будут тебя защищать, ты сможешь спокойно ходить среди роз, сможешь приказать им убить.
- Убить?
- Адриенна, эти розы не просто отвод для гнева и боли. Они были последней защитой... когда король уезжал на войну, королева и дети оставались в замке. И если бы враг прорвался... один раз так случилось.
- Да?
- Давно, лет двести тому назад. Король не был убит, он был на войне, но враг решил ударить в спину. Нет ничего страшнее, когда губят близких. Когда тебе некуда возвращаться, когда разрушен дом за твоей спиной... в столицу пришел отряд врага. Немного, пятьдесят человек. Как раз, чтобы и пройти быстро, и суметь защитить себя. Они сумели ворваться внутрь, королева, пока враг пробивался через город, схватила детей и спряталась в Вороньей башне.
- И?
- Она не была нашей крови. Но дети - были. А я была сильнее, я смогла подсказать.
- Она...
- Надрезала руку сына, окропила его кровью корни розы и ребенок попросил защиты. И все... враг не прошел. Розы сами полегли в тот день, но никого не пропустили во дворец.
Адриенна поежилась.
Она почти увидела, КАК это было.
Как рвались к стенам дворца через столицу чужие наемники, конные, оружные, в простых доспехах без всяких символов, как несколько из них все же упало, но остальные преодолели ворота дворца, как они сворачивают к Вороньей башне....
И как рвутся из-под земли черные розы.
Розы гнева и боли.
Кто сказал, что дети не умеют ненавидеть? Кто сказал, что им нее бывает больно? За себя, за мать, за братика или сестренку, за саму столицу...
И розы вырастают на глазах.
Захлестывают когтистыми плетями истошно ржущих коней, те бесятся, сбрасывают всадников, убегают, истошно крича - кони умные. А всадники остаются.
И идут прямо по розам... пока могут.
Доспехи не спасут от шипов. От побегов. От дурманящего аромата цветов, который не дает дышать, душит, обволакивает, побеги спутывают ноги, а стоит упасть - и тебя затянет в этот ковер, шипы отрастают на глазах, грозные и страшные, размером с палец...
Обвивают, уничтожают...
Утягивают вниз, под корни, оплетают так, что наемники становятся похожи на коконы... земля алеет от крови.
Розы не могут отрастить шипы размером с локоть. Но и множество мелких шипов тоже не порадует врага. А смерть от кровопотери...
Она тоже - смерть. Только помедленнее...
- Я напою розы. А... они не кинутся без приказа?
- Конечно, нет! - Моргана даже возмутилась таким предположением. - Или должна быть смертельная угроза твоей жизни, или приказ... больше никак.
- Можно напоить любую розу?
- Да. Они все - одна роза.
- Спасибо, прабабушка.
Адриенна сидела на холодном полу, смотрела на призрака - и была ужасно довольна собой. Вот до невероятности!
Ей было хорошо, спокойно и уютно.
Она дома...
И даже то, что скоро придется возвращаться в часовню, ее не тревожит.
Завтра она напоит розы своей кровью.
- Кто это такой?
- Не знаю.
- А раньше ты его видел? Слышал? Хоть разговор о нем заходил?
- Нет. Но Мария Капелетти рядом с ним мне знакома. Я с ней не дружил, она старше меня, но виделись, было...
Рикардо и Мия разговаривали шепотом, сидя рядышком за столом.
Рикардо сегодня похоронил отца, отслужили службу, все, как положено, собрались на поминальную трапезу. И...
Ну ладно!
Соседи - это святое! Приехали они - и приехали, ничего плохого в этом нет. С кем при жизни дан Козимо общался, те его и проводить пришли. Но вот дана Амедео Капелетти Мия раньше и не видела, и не слышала. И ладно бы она! Хотя дан Козимо и рассказывал о своих друзьях, за шахматами-то как не поговорить? И заезжал кое-кто, бывало.
