Доклад, прочитанный на Международном конгрессе по вопросам воспитания и образования в Террите (близ Монтрё) в 1923 году и опубликованный на английском языке в качестве первой из четырех лекций цикла «Аналитическая психология и воспитание» (Contributions to Analytical Psychology; Лондон и Нью-Йорк, 1928). Первое немецкое издание: 1971 г. – в составе авторского сборника «Индивидуум и общество» (Der Einzelne in der Gesellschaft).
98 Не без некоторых колебаний беру я на себя задачу в одном кратком выступлении обрисовать связь между открытиями аналитической психологии и общими проблемами воспитания и образования. Во-первых, это большая и обширная область человеческого опыта, которую невозможно описать в кратком, пусть и емком, изложении. Во-вторых, поскольку аналитическая психология использует метод и систему мышления, которые отнюдь нельзя полагать общеизвестными, показать их применимость к педагогическим вопросам не так легко. Полагаю, целесообразно начать с небольшого обзора истории развития этой самой молодой из психологических наук, что позволит лучше разобраться во многих явлениях, которые, доведись нам впервые столкнуться с ними сегодня, понять труднее всего.
99 Возникнув из терапевтических опытов с гипнотизмом, психоанализ, как называл его Фрейд, первоначально представлял собой медицинскую технику для исследования причин функциональных, или неорганических, нервных расстройств – с особым вниманием к их сексуальному происхождению. В основе его ценности как метода терапии лежало предположение, что доведение сексуальных причин до сознания пациента должно обеспечить перманентный лечебный эффект. Вся фрейдистская школа до сих пор разделяет данную точку зрения на психоанализ и отказывается признавать иную этиологию нервных расстройств, кроме сексуальной. Хотя некоторое время назад я сам придерживался этого метода, с годами мне удалось выработать концепцию аналитической психологии, подчеркивающую то обстоятельство, что психологическое исследование в соответствии с психоаналитическими принципами вышло за узкие рамки терапевтической техники, ограниченной определенными теоретическими допущениями, и перетекло в более общую область нормальной психологии. Стало быть, когда я говорю о связи аналитической психологии и воспитания, фрейдовский анализ остается в стороне. Поскольку последний есть психология, занимающаяся исключительно проявлениями полового влечения в человеческой психике, его обсуждение было бы уместно в том случае, если бы мы имели дело только с сексуальной психологией ребенка. С самого начала я должен подчеркнуть, что никоим образом не разделяю мнение, согласно которому отношение ребенка к родителям, братьям, сестрам и товарищам следует толковать как незрелые зачатки сексуальной функции. По моему убеждению, эти воззрения, наверняка вам известные, суть преждевременные и односторонние обобщения, которые и без того уже привели к целому ряду самых абсурдных и ошибочных толкований. Если патологические проявления выражены в той мере, которая оправдывает психологическое объяснение сексуальной направленности, то виной тому не собственная психология ребенка, а сексуальные нарушения в психологии родителей. Разум ребенка, чрезвычайно восприимчивый и зависимый, долгое время живет в атмосфере родительской психологии, освобождаясь от этого влияния относительно поздно, если вообще когда-либо освобождается[26].
