Наиболее подробный отзыв о работе дал, как уже указывалось, А. С. Лаппо-Данилевский. Главными недостатками этого исследования академик назвал почти полное отсутствие новых архивных данных, что привело к не всегда удачным приемам исследования и формулировке выводов. Он обратил внимание и на распадение исследования на ряд отдельных очерков, не связанных между собой, уход от оценки отдельных личностей в проведении финансовой политики, некоторую неточность приводимых цифр[1148]. Вывод оппонента был весьма сдержанным, но оптимистическим: «Вообще ограничив свою задачу, г. Чечулин исполнил, однако, самостоятельную и трудную работу, во многих отношениях весьма полезную для будущих исследований, ввиду чего можно признать ее достойной одной из наград графа Уварова»[1149].
В заключение отметим следующее. Петербургская школа финансового права в несколько большей степени, чем московская и ряд других, была ориентирована именно на правовые проблемы. В этом заслуга, прежде всего, В. А. Лебедева, который был реальным основателем местной университетской школы финансового права и фактически возглавлял ее более 40 лет. Формальным основателем школы можно считать А. И. Кронихфельда. Петербургская школа была достаточно открытой, причем уже сам В. А. Лебедев был выпускником Казанского университета. Его преемником в качестве формального лидера университетской школы стал его ученик Л. В. Ходский, однако в дальнейшем эта роль принадлежала москвичу И. Х. Озерову и харьковчанину П. П. Мигулину.
Школу характеризовал и повышенный интерес к цифровым и статистическим показателям, а на их базе – к определенным социологическим обобщениям. Не случайно многие персонажи предшествующего повествования относятся и к видным отечественным ученым-статистикам (В. Г. Яроцкий, И. И. Кауфман, Л. В. Ходский, П. И. Георгиевский)[1150]. Это еще одна важная черта этой школы.
Школа имела два фундаментальных учебника (В. А. Лебедева и Л. В. Ходского) и целый ряд опубликованных лекционных курсов и спецкурсов (В. Г. Яроцкого и др.). Ее отличало присутствие в рядах преподавательского состава большого числа чиновников, бывших и действующих, которые стали видными исследователями проблем финансового права. Среди них были как выпускники Петербургского университета и специализированных юридических вузов (В. П. Безобразов, Н. К. Бржеский, К. Я. Загорский и др.), так и других вузов страны (И. И. Кауфман, В. Т. Судейкин, М. П. Петров и др.). Немало ее воспитанников совмещали государственную службу с научной работой (после университета – Ф. Г. Тернер, А. Н. Гурьев. Н. Н. Покровский, после других столичных вузов – М. Х. Рейтерн, Е. И. Ламанский, П. Х. Шванебах и др.), а часть профессуры перешла на работу в министерства (М. В. Бернацкий, М. И. Фридман – с экономического отделения Политехнического института и др.).
Воспитанники петербургской школы финансового права сыграли важную роль в развитии других школ. Это – А. А. Исаев (ярославская школа), М. А. Курчинский (дерптская школа), С. И. Иловайский (одесская школа) и др. Своеобразное ответвление школы составили историки А. С. Лаппо-Данилевский и Н. Д. Чечулин.
Одним из уникальных явлений в истории российской правовой науки стал Демидовский юридический лицей. Он открыл немало талантливых представителей отечественной юриспруденции[1151]. Этому способствовало то, что еще со времен Демидовского высших наук училища (1803–1833) и камерального направления Демидовского лицея (1833–1870) в нем на относительно высоком уровне было поставлено преподавание политической экономии и финансовой науки. Так,
Важное значение для понимания финансовой проблематики имело выступление
