В 1918–1919 гг. он был профессором кафедры промышленного права Ярославского государственного университета. С конца 1919 до 1930 г. ученый вел занятия на экономическом факультете Петроградского политехнического института, где преподавал курсы промышленного и гражданского права. С 1929 г. он становится также профессором ЛГУ, в 1939–1942 гг. заведует кафедрой в Плановом институте. Наконец, при воссоздании юридического факультета ЛГУ в 1944 г. он становится первым его деканом (до 1949) и заведующим кафедрой гражданского права (до 1954). В 1958 г. его избирают действительным академиком АН СССР. Умер ученый 9 августа 1959 г.
В силу своего образования и практической деятельности Анатолий Васильевич разрабатывал проблемы, находящиеся на стыке экономики и права, прямо выходил на правовое регулирование финансовых отношений[1886]. Естественно, что это были преимущественно цивилистические исследования. Однако в них были затронуты проблемы налогового и бюджетного законодательства, бюджетных правоотношений, а также законодательства о денежном обращении. Ученый рассматривал наряду с бюджетами юридических лиц и Советское государство в качестве казны. Он анализировал правовую природу таких финансовых мероприятий, как национализация, реквизиция, монополизация, секвестр.
Выводы. Петроградская (ленинградская) школа финансового права в наибольшей степени пострадала от последствий революционных событий 1917 г. и последующей гражданской войны. Многие ее представители эмигрировали или погибли (Л. В. Ходский, В. Г. Яроцкий, М. И. Фридман, М. В. Бернацкий, А. Н. Зак и др.). Одновременно часть заслуженных ученых стала в большей степени интересоваться проблемами финансового права (В. В. Святловский, И. М. Кулишер и др.). Видное место заняли представители нового поколения исследователей, начавшие научную деятельность в последние досоветские годы (Г. И. Болдырев, Ф. А. Меньков и др.). Лидером этого поколения можно признать А. И. Буковецкого. В силу объективных причин учебника по финансовому праву создано не было, однако отдельные учебные пособия и курсы лекций издавались. В этот период экономический факультет Политехнического института стал важным центром изучения проблем финансов.
На первый взгляд это кажется парадоксальным, но о большинстве советских ученых-финансистов в настоящее время мы знаем даже меньше, чем об их предшественниках досоветского периода и первых послереволюционных лет. Их работы практически не переиздавались, они крайне редко становились персонажами мемуаров, а архивные строчки в силу советской секретности далеко неполны и всегда скупы. Да и архивные фонды изрядно «почистили» политическая конъюнктура, разного рода сортировки, а порой и вмешательство природной стихии. Справочный и биографический материал также не отличается богатством содержания[1887].
В качестве вводных положений напомним несколько моментов. Начиная с 50-х гг. начался новый этап в развитии науки советского финансового права, его иногда называют «золотыми» годами. Это явное преувеличение, о чем мы уже упоминали выше. Конечно, можно вести речь о поступательном ее развитии, особенно в отношении полной стагнации и даже регресса 30-х гг., но не более того. Так, была реанимирована в новом звучании системообразующая отраслевая категория «финансовая деятельность Советского государства», которая в дореволюционных трудах ученых финансистов означала «государственное хозяйство». Финансовая деятельность Советского государства рассматривалась как основанная на законе деятельность, направленная на мобилизацию денежных средств в один общий бюджет для последующего его распределения. Разделения на публичные и частные финансы при этом не проводилось. Государственная («общенародная») собственность на средства производства, плановая социалистическая экономика и коммунистическая идеология диктовали и приоритетные направления научных исследований в финансовом праве – это вопросы бюджета как финансового плана и финансового фонда социалистического государства, бюджетного устройства и бюджетного процесса. Само финансовое право в советских учебниках определялось как совокупность норм, которые способствуют мобилизации в непосредственное распоряжение государства денежных средств, необходимых для выполнения его функций.
В силу ряда объективных и субъективных причин советская наука финансового права не вышла на уровень дореволюционной, которая считалась одной из ведущих в Европе. Причин этого мы уже касались в Разделе 1. В связи с этим не вина, а скорее, беда наших ученых в том, что их научные разработки количественно, а в большинстве случаев и по содержательному наполнению, уступают трудам дореволюционных предшественников и трудам 20-х гг. XX в.
