Проходя мимо унылой картины я раздосадованно вздыхаю: Юра развалился на диване. Даже не стал занимать комнату для гостей.
Выглядит супруг сиротливо и нелепо в нашей большой гостиной.
Уже собираюсь пройти мимо, сдерживая неуместный порыв укрыть мужа: более целесообразно было бы вылить ему на голову ушат ледяной воды и злорадно наблюдать, как Юра, переполошившись, начнет скакать по комнате.
И только я, отворачиваясь, уверенно шагаю вперед, как мое запястье обжигает цепкое тепло. А меня неумолимо тянет обратно.
Я падаю на диван, хваткие руки не терпят возражений: обвивают мою талию и плечи.
— Не рыпайся, — хрипло одергивает меня супруг и прижимает к себе крепче.
Я в бешенстве шиплю змеей, не оставляя бесплодных попыток вырваться:
— Убери руки, я опаздываю.
— Значит, сегодняшний день пройдет без тебя, — лениво отзывается супруг.
— Я тебе двину сейчас, Извольский.
— Какие мы грозные. Не успокоилась еще?
— А ты так и не свалил в очередную «командировку»? Инесса не заждалась?
— Хватит, — сурово обрывает муж. — Давай нормально обсудим и решим. Мне не улыбается опять спать в коридоре, — явно преувеличивает он, но меня это лишь раззадоривает.
— Извольский. Все б так жили. Но ты наслаждайся. А то «коридор» — максимум, что тебе достанется после развода.
— Ты что несешь? — Юра возмущено меня разворачивает, но взгляд мой ему ой как не нравится. — Какой развод?
— А ты считаешь, что я буду спокойно наблюдать, как ты в командировках «стараешься»?! Нет, дорогой мой. Решил новые ощущения попробовать — отхватишь по полной.
— Притормози коней. Какой развод, Оля? Давай как-то адекватно обсудим и…
— Ты свалишь к своей Инессе. И пусть хоть на каждой новой фотке рожей твоей светит. Мне уже без разницы.
Юра переваривает быстро. Но ответ дает нехотя:
— Ты слишком сгущаешь краски. Подумаешь, бредовые фото…
— Тебе хоть понравилось с ней? Оправданный ты выбрал шаг?
Показательно лезу в телефон, захожу в нужное приложение…
— Ольга, — усаживаясь на диване, Юра строго смотрит на меня исподлобья. — Я не собираюсь с тобой разводиться. Ты на работу съезди. Остынь. А вечером поговорим.
— Рисковый ты парень. До вечера небольшое волнение может превратиться во взрыв.
— Ну, Оль, как я могу загладить это нелепое недоразумение? Что ты хочешь?
— Чего я хочу? То есть… Купишь безделушку, и мы все забудем?
— Твои безделушки обходятся мне довольно дорого. Но я готов обсудить, — ухмыляется супруг, вновь тянет ко мне свои щупальца. — Выбирай, и мы в расчете.
Пытается губами угодить в мое плечо, но фиаско ждет его даже в этом.
Я уверенно поднимаюсь, стараясь отвлечь его внимание. Поправляю одежду.
— Подумаю, — роняю я невзначай. — А сам ты в какую сумму оценишь свое распутство?
Мой испытующий взгляд прилипает к растерянному мужскому лицу.
Глаза б ему выцарапать. Откупиться он от меня решил!
— Предлагаю пол-ляма на отпуск. Плюс шопинг. И мы обо всем благополучно забываем.
Ну точно, полный шопинг.
А супруг не отстает:
— Согласна?
Вся последняя неделя — сплошное испытание. Внутри меня — горькое разочарование. Вокруг — предновогодний ажиотаж, бесконечные пробки, миллион дел, крупные хлопья снега, размеренно опускающиеся на посеребренную землю, и полный игнор мужа.
Сегодня пришлось встать еще раньше обычного. Я рассчитывала часам к шести вечера уже несомненно вернуться домой.
На календаре — тридцать первое декабря, на часах — девять вечера.
Юлька звонила уже раза три: уточняла, когда я вернусь домой, читала нравоучения, ведь в такой праздник нельзя работать до самой ночи, но что я могу сделать? Пришлось сначала ждать, потом застряла.
Денек, и правда, выдался утомительным, но это ладно, девятибальные пробки — вот что меня добивает по-настоящему. Слава богу, сейчас движение уже немного растормошилось, а то из той глуши, где мы сегодня снимали программу, быстро добраться до дома можно только на вертолете.
С Юлей мы намеревались отметить праздник вместе, а после полуночи она планировала поехать к друзьям.
Но все планы разрушились, дочке я предложила не ждать меня и ехать к подружкам. Юрке я вообще не отвечаю на звонки: Юля сказала, что он жутко бесится, потому как с нетерпением ждет меня дома.
Надо же так. Удивительно.
Как же я за сегодня устала — жуть! Теперь еще и с изменником столкнуться на пороге. Печаль.
Без конца зеваю, уже хочется поскорее попасть домой и завалиться в кровать.
«Как Новый год встретишь, так его и проведешь», — гласит народная примета. А я бы не отказалась погреть бока под теплым одеялом, выспаться и отдохнуть. Преодолеваю затяжной поворот, вновь зевая. Еще немножко, минут тридцать, и будет мне счасть…
— Нет-нет-нет! — вскидываюсь я и судорожно вцепляюсь в руль.