– Вам нужно отдыхать. Побудьте пока здесь, а потом возьмите экипаж и поезжайте домой. Я пойду соберу вам смесь из трав. Будете заваривать и принимать на ночь. Травки безвредные, так, нервишки успокоить и здоровье укрепить. И никаких волнений! Хорошее питание, прогулки на свежем воздухе, полноценный отдых и здоровый сон. Вы уж проследите за своей супругой.
– О да. Я за ней прослежу, – многозначительно сощурился Арнольд, и взгляд опасно потемнел.
Мы остались наедине. Я даже вздрогнула, когда лекарь закрыл дверь. Ее хлопок показался мне выстрелом в упор. И неспроста мне лезли в голову такие пафосные сравнения! Ведь взгляд Арнольда, казалось, прожигал во мне дыру. Он медленно подошел ближе. Я едва сдержалась, чтобы не пискнуть от испуга, чуть отползая. Вот только максимум, позволенный мне, – это вжаться спиной в подушку, в изголовье кровати. И натянуть повыше тоненькое одеяло. Арнольд склонился сверху, упираясь в него ладонью.
– Какая целомудренность! – он заметил мой нервный жест, и нехорошая ухмылка изогнула губы. – А на девятом месяце ты точно так же прятала бы от меня живот?
– На девятом месяце я уже с тобой не пересекалась бы! – выпалила я в сердцах.
Арнольд зло рыкнул. Он ударил ладонью совсем близко рядом со мной. По многострадальному изголовью, но я все равно дернулась. Арнольд выпрямился, выдохнув обжигающе зло:
– Прекрасно! Ты собиралась скрывать от меня моего наследника!
В такой ярости я его еще ни разу не видела! Даже когда брякнула про развод, а он стал угрожать мне кинжалом.
– Ты все равно планировал убить меня!
– Думаешь, я навредил бы своему ребенку?! – прорычал Арнольд, но потом выдохнул и присел на край кровати, беря меня за руку. – Ингрид, поверь мне! Теперь тебе точно ничего не угрожает! Поехали домой!
Я отдернула руку. На душе почему-то стало горько. Казалось бы, все идеально? Малыш в безопасности, Арнольду на него не наплевать – этого я и хотела? Но мне было сложно поверить этому мужчине. А еще… Я чувствовала, что влюбляюсь в Арнольда. И не хотела быть той, кого он пощадил только из-за того, что я ношу под сердцем его ребенка.
– Быстро же ты переобулся… – грустно усмехнулась я. – Значит, своему ребенку не навредишь. А мне – так всегда пожалуйста. Знаешь, что? Я не согласна быть просто инкубатором!
– Инку… что? – Арнольд посмотрел на меня почти в испуге.
А, понятно. В их мире, наверно, про инкубов слышали, а про инкубаторы – еще нет.
– Курицей-наседкой, которая нужна, пока не вылупится цыпленок! А потом можно и суп из нее сварить! – огрызнулась я. – Нет, Арно! Так не пойдет. Я не поеду в твой дом в качестве просто чужой девки, которая вынашивает твоего ребенка. Мы справимся и без тебя!
С этими словами я решительно отбросила одеяло, чтобы вскочить с постели. Арнольд бросился следом, настигая у двери. Он перехватил меня за руку, заглядывая в глаза.
– Но это и мой ребенок…
– Которого ты убил бы. Вместе со мной. Сам того не зная. Не пойми ради чего. Ну? Что ты молчишь? Сказать нечего? Так я и думала, – я покачала головой, отводя взгляд.
Похоже, та ночь на постоялом дворе никак нас не сблизила. И я по-прежнему была просто чужой попаданкой, которой не за чем доверять. Не за чем откровенничать и что-то объяснять. Высвободив руку, я вышла за дверь. Направилась к лекарю, чтобы уточнить все по его рекомендациям.
Я уже не услышала, как Арнольд, прислонившись лбом к закрывшейся за мной двери, глухо прошептал:
– Я не буду унижаться перед тобой, Ингрид. Оправдываться, рассказывая свою историю… Я хочу от тебя любви, а не жалости.
***
Недолго же выдержал Арнольд! Уже минут через пятнадцать, в дверь, где мы беседовали с лекарем, постучали. Он деликатно вышел. Я нахмурилась. Ссора тяжелым гнетом давила на мои плечи. Мне не хотелось расставаться с Арнольдом на такой темной, негативной ноте. Но что поделать, если он заладил: «Домой, домой, возвращайся домой?»
– О, это снова ты? – разочарованно проговорила я, открыв дверь.
Арнольд грустно улыбнулся мне.
– Не слишком радушный прием.
– Да и беседа у нас была не слишком радостная, ты не заметил? – я сморщила нос. – Ладно, говори уже, что тебе нужно, и топай отсюда, Арно. А то мне волноваться нельзя. Из-за ребенка. Ты забыл?
– Помню, – хмуро бросил Арнольд, опуская взгляд. – Я извиниться хочу.
– Твои извинения не приняты, – отрезала я и попыталась захлопнуть перед Арнольдом дверь, но он лишь вставил ногу между дверью и мной, не позволяя ее закрывать.
– Погоди, Ингрид! – уже взмолился он. – Я был неправ, что наорал на тебя, и мы снова поссорились. Но для меня это шок. Пойми, пожалуйста!
Я вздохнула и ничего не ответила. Лишь отвернулась, надеясь, что Арнольд надоест. Он прищурился, явно недовольный моим упрямством.
– Давай так. Объявляю перемирие на одно утро, – заявил Арнольд и потянулся к моей ладони, погладив ее тыльную сторону. – Приходи на завтрак в замок. Когда захочешь. Удерживать силой не стану, клянусь. Но раз уж у нас… скоро появится ребенок, и ты не хочешь жить в замке, хочешь уйти от меня навсегда, нам нужно учиться находить общий язык. Ты так не считаешь, Ингрид?
