Так, и всё-таки, куда ехать? К маме? Меня даже передёргивает, когда представляю, что первое, что она мне заявит, будет «я же тебе говорила».
Да, мама не одобряла наш брак с самого начала. Говорила, что я ещё наплачусь. Но мне казалось, что такое случается с кем-то другим, никак не с нами! Ведь мы с Игорем так любим друг друга!
Сдерживаю желание плюнуть. Ладно, в гостиницу пока поеду. Берусь за ручку входной двери, и тут у меня требовательно звонит мобильный.
Вот ведь гад, качаю головой. Уже матери своей нажаловался! Потому что звонит никто иной как моя драгоценная свекровушка. Сначала думаю не брать телефон, а потом решаю, что нечего пластырь от болячки по миллиметру отрывать. Лучше уж сразу.
— Слушаю, — нейтрально говорю в трубку.
— Агния, ты что придумала?! — раздаётся требовательный голос.
— И вам здравствуйте, Любовь Петровна, — отвечаю спокойно, а потом кладу мобильный на комод.
Раз уж меня отвлекли, надо кое-что сделать прямо сейчас. Достаю ноутбук под аккомпанемент доносящихся из трубки тирад.
— …всегда была такой… где твоё воспитание… не мог так поступить… ты никогда не понимала… нужно быть…
— Да-да! — говорю громко, параллельно включаю ноут.
Ну и где тут это делается? Захожу на сайт госуслуг, пишу электронному помощнику, мне выдают нужную ссылку.
— …никто не застрахован… мудрее… ты же женщина…
— Вы абсолютно правы! — вставляю в поток слов, подтверждая данные своего паспорта.
Ну что, вроде бы всё? Да, всё! Нажимаю на кнопку, и заявление улетает на рассмотрение. Через месяц как минимум одному из супругов предлагается прийти и подтвердить, что он и правда хочет развестись.
— Агния, что ты молчишь?! — раздаётся из динамика, и я подхватываю мобильный, а ноутбук сую обратно в чемодан.
— Любовь Петровна, вы абсолютно правы, — повторяю ещё раз. — И я, как мудрая женщина, даю вашему сыну свободу. Заявление на развод уже отправлено. Ни на что не претендую, целую, обнимаю, надеюсь, никогда больше не встретимся!
С чувством выполненного долга сбрасываю звонок и отправляю свекровь, свёкра и почти-бывшего мужа в чёрный список. Ну вот, теперь и в гостиницу можно.
В небольшом и недорогом отеле, который я выбрала только потому, что от него до больницы добираться по прямой всего полчаса, мне дают самый обычный одноместный номер. Чемодан затаскиваю самостоятельно, скидываю обувь и тяжело опускаюсь на край кровати, а потом ложусь прямо в одежде, свернувшись в клубочек.
Храбриться легко, когда знаешь, что у тебя хоть кто-то есть за спиной. А у меня никого нет… Всхлипываю, и слёзы начинают течь сами собой. Наплакавшись, встаю, тащусь в душ, затем снова ложусь, включив на ноутбуке какой-то дурацкий фильм, чтобы в номере не было так тихо — и сама не замечаю, как засыпаю.
Будит меня стук в дверь. Какого чёрта, кого принесло в такую рань? Протираю глаза, смотрю на время и подскакиваю. Уже почти девять утра!
Стук повторяется.
— Да иду я… — вылезаю из кровати и открываю.
— Добрая Агния Станиславовна? — интересуется у меня молодой человек в какой-то незнакомой форме.
— Да, — киваю растерянно.
— Экспресс-доставка, получите, — мне протягивают плотный картонный конверт, в котором отправляют документы. — И распишитесь здесь! — он подсовывает мне бланк и ручку.
— Я ничего не заказывала, — говорю неуверенно. — От кого это?
И как только меня так быстро нашли здесь? Хотя вряд ли это такая уж проблема, я же пользовалась паспортом при регистрации.
— Не имею возможности знать, — вежливо говорит парень. — До свиданья, хорошего дня.
— И вам, — рассеянно киваю, закрываю дверь и торопливо вскрываю конверт.
Внутри какая-то официальная бумага. Подпись, печать… Сажусь на кровать, вчитываясь в формулировки, а потом медленно опускаю документ. Уведомление о расторжении срочного трудового договора… За три календарных дня до увольнения, без отработки…
Значит, из больницы меня выгнали. Неудивительно, если вспомнить, что главный врач там — папочка Игоря. Интересно, на что они рассчитывают? На то, что я приползу обратно и буду умолять, чтобы мне разрешили вернуться?
Вздыхаю. Я любила эту больницу. Проходила в ней практику, заканчивала интернатуру, стала ординатором… С другой стороны, сталкиваться в коридорах с бывшим и его пассией — то ещё удовольствие. Так что может оно и к лучшему.
Через три дня я забираю из кадрового отдела больницы свою трудовую, до предела возбудив любопытство сидящих там сотрудниц и не ответив ни на один наводящий вопрос. А потом начинаю искать работу.
— Агния Станиславовна, я не сомневаюсь в вашем опыте и компетентности, — осторожно говорит мне начмед уже третьей по счёту клинической больницы. В предыдущих двух местах меня даже не приняли. — Но, к сожалению, мы не сможем взять вас на работу.
— Вы можете назвать причину? — до этого момента я злилась, а теперь вдруг успокоилась. Или силы кончились, не знаю. — Хотя нет, не называйте. Я сама скажу. Эта причина — Валерий Павлович Свиридов? — называю имя своего свёкра.
— Не совсем, — аккуратно отвечает заместитель главврача. — Видите ли, мы не можем не реагировать на… некоторые слухи.
Что ещё за слухи?!
