— А что насчёт пакета? — не удержалась я, доставая его из сумки. Вся на нервах сжала конверт в руках. Он не ответил сразу, просто взглянул на меня, как будто переживал за меня.
— Он сказал, что там что-то важное, — добавила я, чувствуя, как неуверенность снова меня охватывает.
Александр Петрович взял пакет, осторожно его развернул, и, внимательно осмотрев, предложил:
— Давайте откроем его вместе.
Я открыла пакет и вытащила несколько фотографий. Когда увидела их, почувствовала, как у меня кровь отливает от лица. На снимках мы с Михаилом — прямо как пара. Но это были не просто случайные фотографии. Нет, они были сделаны так, что выстраивалась история, что между нами не просто деловое сотрудничество, а нечто гораздо большее.
— Это провокация, — произнесла я, голос предательски дрожал. Старалась не кричать, но злость накатывала волной. Я смотрела на эти фотографии и не могла поверить, что кто-то мог так подло поступить. — Он пытается представить наши деловые отношения как романтические.
— Именно так, — подтвердил адвокат, и он тяжело вздохнул. Он был явно не рад такому повороту. — Но теперь у нас есть что противопоставить этому. Мы можем подать встречный иск за клевету и распространение ложной информации.
Словно меня охватила волна уверенности. Ощутила, как напряжение уходит, и на его месте появляется решимость. Дмитрий мог играть грязно, но теперь у нас были все карты, чтобы не только отбить его удары, но и нанести свой.
— Спасибо, — сказала я, глядя на Александра Петровича с благодарностью. Он кивнул, но я знала, что борьба только начинается.
Днём я позвонила Михаилу и подробно рассказала ему о ситуации. Он был в шоке. Эмоции зашкаливали, но в его голосе услышала решимость. Он знал, что теперь мы должны бороться, и он не собирался отступать.
— Мы можем опубликовать официальное заявление, — предложил он, и его голос звучал уверенно. — Мы скажем, что наши отношения чисто деловые. И добавим, что твой бизнес полностью соответствует всем стандартам качества.
— Спасибо, — ответила я, чувствуя, как эти слова стали для меня настоящей поддержкой. — Это очень важно.
Мы договорились встретиться вечером, чтобы обсудить все детали и выстроить план. Я была уверена, что теперь всё будет хорошо. Но когда вернулась домой, меня ждала встреча с новым сюрпризом.
На пороге стояла Анна Сергеевна. Я сразу заметила, что она волнуется. В её глазах было что-то тревожное.
— Екатерина Андреевна, — начала она, оглядываясь через плечо, как будто опасалась, что её могут подслушивать. — Мне нужно вам кое-что сказать. Дмитрий… он пытается найти способ дискредитировать меня на работе. Говорит, что если я не помогу ему, то он уничтожит мою карьеру.
Мне стало тяжело на душе, но я пригласила её войти, слушая её с максимально возможным вниманием. Когда она рассказала, что Дмитрий начал распространять слухи о том, что она якобы фальсифицировала финансовые документы в его пользу, я почувствовала, как злость снова подступает к горлу.
— У нас есть все доказательства его вины, — сказала я ей, стараясь не допустить, чтобы её паника передалась мне. — Мы справимся с этим. Он не уйдёт с этим.
Я видела, как её лицо немного расслабилось, когда она поняла, что не одна. И в этот момент поняла, что борьба только начинается, но теперь у нас есть поддержка друг друга.
На следующее утро проснулась с решимостью, которая будто бы выгорела в моём сердце за ночь. Не было места для колебаний, теперь я знала, что делать. Села за компьютер и сразу же опубликовала официальное заявление в социальных сетях, отчеканив каждое слово, как будто сама собой подгоняла этот момент. Я должна была опровергнуть все эти отвратительные слухи, которые сыпались на меня, как снег в снежную бурю. Моя честность, мой бизнес и, особенно, мои отношения с Михаилом — всё это требовало защиты. Эти грязные сплетни должны были быть остановлены раз и навсегда. Потому что Дмитрий хотел подстроить всё так будто это я ушла от него к своему любовнику Михаилу и намеренно порчу его репутацию.
Не забыв про важную деталь, сразу же связалась с журналистом, который писал ту самую статью обо мне. Передала ему все доказательства своей невиновности, чтобы он мог посмотреть на ситуацию с другой стороны, наглядно и честно.
К вечеру всё начало меняться. Люди, чьи сердца были не каменные, начали писать комментарии в поддержку, и я чувствовала, как моя душа, наконец, начинает выдыхать. Было даже несколько извинений от тех, кто поверил лжи и помог развести эту грязную кампанию. Но я понимала: это только начало. Даже если мир начал поворачиваться ко мне лицом, я всё равно оставалась на страже.
Через несколько дней состоялось очередное судебное заседание. Напряжение было как натянутая струна. На этот раз у нас было всё: видео с признанием Дмитрия, документы от Анны Сергеевны, результаты проверки моей продукции — и всё это играло на нашу сторону. Мы чувствовали, как скелет старых обвинений начал разваливаться на части. Прокурор заявил, что готов пересмотреть дело с учётом всех новых данных.