– Проходи, – Илья чуть отстранился, пропуская Аню вперёд, помог ей снять пальто и указал подбородком направление: – Там гостиная, пошли, – потянул Аню в направлении комнаты, откуда доносился звук работающего телевизора.
Анна успела пару раз тихонько вдохнуть, выдохнуть и взять себя в руки, чтобы не выглядеть испуганной школьницей, которую ведут в кабинет директора. Большая, светлая комната, обставленная довольно дорого, но в тоже время уютная. Но по убранству взгляд Анны мазнул лишь мельком, потому что с огромного бежевого дивана поднялась девочка, смотря пристальным, ожидающим взглядом на вошедших.
Что первым бросилось в глаза Анне, так это волосы девочки – шикарные, светло-пшеничного цвета волнистыми прядями лежащие на плечах и спускающиеся за спину. Аня невольно залюбовалась ими и внутренне горько усмехнулась: «Скорей всего, у её матери были подобные, у Ильи оттенок намного темнее, а если дочь похожа на мать… да я тогда ей даже в подмётки не гожусь». Маленькое личико с огромными карими глазами, немного угловатая фигурка – уже не малышка, но ещё не подросток. Девочка действительно была похожа на кукольную принцессу – красивая, вид немного трогательный, но взгляд настоящего дракона собственника.
– Аня, – не замечая или не обращая внимания на неприязнь во взгляде дочери, начал Илья, – познакомься – Марина. Марина – это тётя Аня, моя очень хорошая знакомая, – доносилось до замершей Анны. Она даже не пыталась улыбнуться, понимала, что девочка тут же почувствует фальшь. – Пойдём, провожу в ванную, руки помоешь, освежишься, – Илья тронул Анну за локоть и ободряюще ей улыбнулся, отчего тяжесть состоявшегося знакомства, давившая на её плечи, немного ослабла. Мужчина повернулся к дочери: – Выключай телевизор и марш руки мыть, – распорядился он, после чего повёл Анну коридором, одновременно рассказывая:
– Там я оборудовал кабинет, но это скорее моё убежище, где я могу спрятаться и насладиться тишиной, – усмехнулся Илья, кивая на закрытую дверь, и дальше указывая направление: – Это комната Маришки, моя спальня и гостевая спальня. В итоге трёшка и моя двушка – получилась большая пятикомнатная, – вёл Илья Анну дальше. – Здесь ванная. Можешь руки помыть и освежиться. Тебя подождать? Нет? – переспросил после того как Аня отрицательно качнула головой: – Тогда потом пройдёшь прямо по коридору и направо кухня. Здесь довольно сложно заблудиться, – добродушно улыбался Илья, смотря на напряжённо замершую Аню.
– Я подойду, – кивнула она, проходя в ванную, и чуть не охнула, когда Илья прижал её к себе. Заглянул в глаза и мягко коснулся губ в мимолётном поцелуе.
– Не задерживайся и прекрати волноваться! – то ли попросил, то ли указал он, прежде чем уйти.
Аня закрыла дверь и только потом протяжно выдохнула:
– Бли-и-и-н!
Она чувствовала себя малолетней девчонкой, которую парень пригласил к себе для знакомства с родителями. Подняла руки и едва не рассмеялась – ладони подрагивали от нервного напряжения, ноги грозили подкоситься и пришлось перебороть в себе желание потихоньку сбежать, пока её никто не видит.
Осмотрелась и вдруг Анне стало стыдно за квартирку, которую снимала – настолько она убого выглядела по сравнению с тем, что Аня сейчас видела. В углу большая, просто огромная душевая кабина, в которой могли бы помыться одновременно трое не стесняя друг друга, ультра современная стиральная машинка, пуфик и у противоположной стены мраморная вытянутая столешница, в центре которой красовалась раковина. Шкафчики под столешницей, над ней, точечные светильники в потолке и в стенах, а пол с имитацией рассыпанной гальки. Аня ещё раз обвела взглядом комнату, отмечая, что самой ванной здесь нет. Всё выглядело дорого и нереально чисто.
Ей вспомнились слова Ильи про объединение квартир и Анна догадалась, что и санузла, следовательно, как и ванных комнат, должно быть по две, а потому с Маришкой, которую отец отправил мыть руки она не столкнётся. Это немного её успокоило, и она подошла к раковине. Бросила взгляд в зеркало:
– Это всего лишь девочка! Всё хорошо, хорошо, – пробормотала Аня, включая воду.
Пару раз она позволяла себе помечтать о том, как Илья приглашает её к себе и даже пыталась мысленно представить его дочь, но сразу обрывала свои фантазии. А тут – свершилось, а она не знала как себя вести, растерялась, стушевалась как девчонка. Аня опять посмотрела на себя в зеркало, отмечая свой неуверенный взгляд. Нахмурилась и мотнула головой, когда поняла – если бы Илья предупредил её заранее, она нашла бы тысячу причин, чтобы отложить это знакомство.
– Трусиха, – прошептала Аня, отряхивая руки от воды и прикладывая влажные ладони к лицу в надежде остудить пылающие щёки.
Много лет она избегала всякого общения с детьми. Сначала потому что было больно и сердце плакало кровавыми слезами, позже потому что страшилась разбередить рану, а потом… потом она просто начала бояться детей. Аня банально не знала – как с ними общаться, как себя вести с ними и о чём разговаривать.
