- За что они так со мной? Что я им плохого сделала? - скуля, задаю вопросы, ответы на которые теперь уже никакого значения не имеют.
- Все банально. Юрке Дурневу нужно было новое выгодное партнерство. Оно нашлось в лице господина Ступина. Но…Возник нюансик с непутевой дочерью бизнесмена. Ступа вступал в партнерство только с условием брака со своим червивым яблоком, - с этого места Роберт начинает смеяться в голос. - Короче, Милена, попал твой Стасик по самые помидоры. Подложил папаша сынка своего под распутную девку с девиантным поведением по причине систематического употребления запрещёнки.
Дурацкий и гаденький смех Брагина задевает мое самолюбие.
Мне обидно за себя, но за Стаса больше.
Не сумев сдержать свои эмоции, кидаюсь на защиту бывшего мужа.
- Не может такого быть. Станислав самодостаточный человек. У него есть стержень и характер. Он многого в жизни добился сам. Стас никогда бы не позволил собой манипулировать, - произношу зло и нервно.
- Вень, вот все же у русских баб самая загадочная душа. Их унижают и предают, а они все равно любят и защищают, - словно меня нет, говорит своему адвокату Брагин.
Завершив свою пламенную речь, Роберт поворачивается в мою сторону.
Смотрит на меня долгим взглядом.
Словно оценивает, продолжать или не стоит.
- Эх, Милена! Наивная и добрая девочка! - качает головой Брагин.
Я прекрасно понимаю смысл его фразы.
Так и слышу: “Милена, наивная и добрая дурочка!”
Думаю, что ответить, но не успеваю. Роберт опережает меня.
- Ты мешала Дурневу старшему. Отлично зная, вспыльчивый характер сына, великий комбинатор Юрий разыграл великолепную партию. Стас прекрасно справился со своей ролью. Не поверил своей жене, не стал ни в чём разбираться, а просто вышвырнул ее из своего дома и жизни, - тихо, жестко и цинично говорит Брагин, кромсая по живому мое и без этого кровоточащее сердце.
Его слова для меня становятся тем стоп-краном, который срывает пульсирующие болевые точки.
По щекам помимо моей воли начинают катиться слезы. Пытаюсь взять себя в руки, но получается плохо.
- Я бы, конечно, сказал тебе, Милена, поплачь - легче станет. Но сейчас это будет звучать неправильно. Малыши ни в чем не виноваты. Для них слезы мамы - это стресс, - протягивая мне салфетку, мужчина кладет свою ладонь на мою.
Его жест словно жалит меня.
От этого вроде совершенного простого действия по моему телу проходит волна дрожи.
Дергаюсь и резко перестаю плакать.
- Не смейте говорить о моих детях, - шиплю, как кошка.
- Уверена в этом? - прищуривается Роберт и кривит рот.
- Совершенно, - выдыхаю и пристально смотрю на Брагина.
У меня вновь возникает желание еще раз оскорбительно назвать его подлецом и подонком. Но…
Все мои эмоции уже сгорели в котле его откровений.
Потому просто протягиваю руку в сторону, быстро выхватываю результат теста ДНК и убираю бумагу в сумку.
Встаю со стула и со словами: “ Мы с тобой теперь никто!” - направляюсь в сторону выхода.
Покидаю кабинет Брагина с громким хлопком двери и с твердым намерением больше никогда сюда не возвращаться.
После разговора в кабинете Брагина в офисе я больше не появилась ни разу.
Перед выходом из приемной большого босса с просьбой передать в кадры оставила Надежде свой больничный.
Неделю назад отправила по электронной почте заявление на увольнение с просьбой блокировки корпоративной симки.
На вопросы коллег, которые посыпались как горох, отвечала просто: “Нашла другую работу в дистанционном формате.”
В этих моих словах не было ни капли вымысла, потому что все именно так и обстояло.
Мне на самом деле одна китайская компания предложила сотрудничество на очень выгодных условия в финансовом плане. Оценив все, я согласилась, хотя сначала и решила уехать в свой родной город.
Где-то в глубине души надеялась на помощь и поддержку родителей.
Они мне, конечно, вроде и не отказали. Но…
Мама несколько раз подчеркнула, что папе будет тяжело с плачущей малышней готовиться к выступлениям.
Перед моим отъездом из родного дома мы пили с мамой на кухне чай, и она мне сказала: “Никогда не возвращайся туда, откуда ушла! Лучше уехать в новое место, чем вернуться на уровень ниже!”
Эта фраза так глубоко засела в моем мозге, что я стала думать о переезде в Китай.
И мысль моя не была из разряда фантазийных.
Она имела под собой вполне реальную почву. Китайская компания изначально предлагала мне работу в Шанхае.
И только когда я сообщила о своей беременности, руководитель аналитического отдела озвучила возможность удаленной работы.
“Ну, и может все к лучшему. Еще подучу китайский. Рожу детей. Лишь только малышня окрепнет, начну работать в сторону переезда,” - думала и прикидывала я во время обратной дороги от родителей.
Пока ехала много думала и очередной раз порадовалась, что ушла из компании Брагина. Дескать, из глаз долой из сердца вон.
Такое же отношение у меня появилось и к бывшему мужу.
Последней каплей стала его отвратительная эсэмэс. Узнав у моего врача результат теста, Стас прислал мне сообщение полное яда и злобы.