- Ты сам не веришь в то, что говоришь, Макс. Прости, но Исмаилова сложно назвать адекватным, учитывая все, что мне удалось узнать. Я могу понять твое стремление защитить любимую женщину и сына, но Тигран не отступит только потому, что ты погрозишь ему пальчиком и помашешь парой умажек перед лицом. Скорее ты его только разозлишь. Только если…
- Только если что?! - я напряженно подался вперед.
- Вот если бы твой Исмаилов убил кого-нибудь в прямом эфире… - мечтательно произнёс Егор, - вот это был бы разрыв. Все заголовки наши, тебе медаль и женщина, Лилие свобода, а Тиграну Мудазвонычу либо решетка, либо свои же порешают. Только ты губу не раскатывай, такие типы и рук своих не марают, и все улики прячут так далеко, что хер найдёшь. Короче, я думаю, это тупик, старичок. Никак.
Об этом я тоже думал. Постоянно. Голова раскалывалась от всевозможных схем и планов, как вытащить всех из сложившейся ситуации. Но события накатывались снежным комом. Я был более чем уверен, что Лилия находится под препаратами, и если муж смог настолько далеко пробраться, чтобы подавлять ее волю и желание вообще к чему-либо, значит он и нас с Соней не обделил вниманием.
Надеюсь только, что моя охрана сработает лучше и быстрее, чем его.
И все же. Все же…
- Да не грузись ты так. Сидишь пыхтишь, аж отсюда слышно. Сейчас я покумекаю и что-нибудь придумаю.
Тон, которым брат это сказал, неприятно коробил. Он будто обсуждал скидки на кардиганы или завтрак в турецком отеле. Между прочим, кое-как…
- Прости, Егор, но вряд ли ты сможешь понять как это переживать за своего ребенка.
- Ты удивишься, но возможно… пойму.
Я горько усмехнулся на слова собственного брата. Он что-то путает и с этим чувством ничто не сравнится.
О сыне я узнал совсем недавно, узнал слишком мало и только то, что пока позволили. Меня не было в его прошлом, но это вовсе не значит, что не будет в настоящем и будущем. И с этим Соне придется смириться. Она знает это, просто пока не уложила последний кусочек пазла в голове. Как только примет - мы расскажем Степе все, что должно, вместе. А пока что…
- У меня есть сын, - Егор произнес это четко и достаточно громко.
Мне не показалось.
- Да нет, это у меня сын, а ты убежденный чайлд-фри. Помнишь?
Шутка не получилась. Старший брат отвлеченно вскинул голову и снова занялся оценкой качества гостиничного номера.
- Паулина родила ребенка, а ты забыл об этом рассказать?
- Нет.
- Вы решились на усыновление?
- Нет.
- Щенка нельзя считать ребенком, Егор. - Он всегда хотел собаку, но отец никогда не разрешал ему. А потом ушел. Мечта осталась мечтой, разрушенной и невыполненной.
- Мудозвон.
- Объясни нормально, придурок!
- У меня есть сын. Сейчас ему пять, и Паулина к его появлению на свет не имеет никакого отношения. Он… родился после того, как мы поженились.
Если бы я стоял, то непременно бы сел услышав такие новости. Если бы имел привычку пить - опрокинул стопку-другую, чтобы переварить информацию.
- И как твоя жена отнеслась к этой новости?
- Она не знает, - отрезал брат. В моем взгляде видимо было столько вопросов, что он наконец-то решил рассказать подробнее. - Его мать - Кристина. Я не святой, ты знаешь, а появление ребенка - просто стечение обстоятельств.
Я усмехнулся от его формулировки.
- Ты забыл про гондоны или про то, что в отношениях не принято изменять?
- Отлично сказано, старик. Напомни пожалуйста, почему ты сейчас в разводе? - огрызнулся Егор.
Он смерил меня взглядом, которым просил молчать, пока не закончит свою историю. Странно, что он вообще решил что-то рассказать. Пять лет! И даже больше. Не просто носить в себе такую информацию. Я не выдержал и пары недель.
- Кристина сообщила мне о беременности и о том, что не собирается делать аборт. Я ей сказал, что не хочу ничего знать о ребенке, и чтобы она молчала просто оплатил ей хорошую квартиру и помогал с текущими расходами. То есть все еще помогаю. Я ничего о нем не знаю, кроме имени и ничего не хочу знать. Мне все это не интересно, понимаешь? Памперсы, бессонные ночи, крики, вечные проблемы с простудой, ветрянкой, соплями и кашлем. Я не хочу, Паулина не хочет и в этом у нас с ней согласие.
- То есть она действительно не знает? - я понял и принял информацию с первого раза, но переспросил для верности.
Егор покачал головой.
- Зачем ты рассказываешь это мне?
- Потому что у меня есть… предчувствие. Это похоже на навязчивую идею. Вроде как бомба с отложенным часовым механизмом. Я все предусмотрел, обезопасил себя и Пашу, но рано или поздно обратный отсчет включится и рванет. Иногда я совсем забываю и живу спокойно, но порой это просто навязчивая идея.
- Тебе стоит рассказать жене.
- Ты рассказал - тебе все еще не ясны мои причины молчать?
Настала моя очередь качать головой. Я смог прочувствовать на себе все последствия и побочные эффекты правды. Потеря любимой женщины, семьи, той жизни, которая у нас могла бы быть. Всерьез и навсегда.
Проведя рукой по голове я вспомнил, что к этому списку могла бы добавиться и моя собственная жизнь.
