— Лерочка, не надо развода, я тебя люблю. Лера, спаси меня, я не могу без тебя, — он сжимает меня всё крепче, — ну, подгулял муж, бывает. Но люблю-то я тебя. Простиии.
Алкаши вокруг вразнобой присоединяются к его просьбе. Господи, куда я попала? Мне так стыдно, что хочется сквозь землю провалиться.
Я отрываю руки Влада от себя:
— Нет. Всё кончено. Забудь меня. Я сегодня же соберу вещи и перееду.
Влад бормочет непонятное. И это хорошо для меня, не хочу больше слышать оправданий.
— А я тебе всегда говорила,что она крови ещё попьёт, Владик, — высовывается из окна свекровь.
В отличие от мужа, с её дикцией всё просто замечательно. Она громко ругается самыми отвратительными словами, я даже не знала, что она такие использует. Свекровь яростно проклинает меня за своего обманутого сыночка, с которым я поиграла, а после выбросила на помойку.
Беззвучно открываю рот, я в глубоком шоке.
Нет, не буду отвечать. Больше ноги моей не будет рядом с этими людьми.
Разворачиваюсь и, не оглядываясь, ухожу из двора. Сейчас надо попасть домой, собрать вещи и позвонить Алине, напроситься пожить у неё, пока не решу с квартирой.
Вдруг за спиной раздаётся громкий лай. Оглядываюсь. За мной несётся овчарка с развевающимся на ветру поводком.
Разворачиваюсь и, не обращая внимания на возмущённые крики за спиной, ухожу из двора. Сейчас надо попасть домой, собрать вещи и позвонить Алине, напроситься пожить у неё, пока не решу с квартирой.
Вдруг за спиной раздаётся громкий лай. Оглядываюсь. За мной несётся овчарка с развевающимся на ветру поводком. Встаю к ней лицом.
На дороге рядом со мной визжат тормоза. Краем глаза отмечаю, что из машины выскакивает Марат.
— Не двигайся! — кричит он, подбегает и валит меня на асфальт, накрывая своим телом.
Я непроизвольно вскрикиваю от боли в локтях и спине. От неожиданности захлёбываюсь воздухом на секунду. Слышу яростный лай, переходящий во влажное рычание. Собака треплет Марата за брюки.
Опомнившись, извиваюсь под боссом, отталкиваю его, пытаясь сбросить с себя, недовольно пыхчу:
— Сдурел совсем? Ты же напугаешь Коленьку.
Он в недоумении ослабляет руки:
— Что за…Коленьку⁈
Я поднимаюсь на ноги, бросаюсь к псу, тяну за ошейник:
— Коленька, мальчик, фу. Всё хорошо, никто меня не обижает.
Тот в запале продолжает рвать брюки вяло сопротивляющегося Марата.
— Колизей, фу! — строго повышаю голос.
Пёс, недовольно рыкая и похрюкивая, подчиняется. Но потом неожиданно вспоминает, что мы ещё не поздоровались толком, подскакивает на задние лапы. Ставит передние мне на плечи и со счастливым поскуливанием лижет моё лицо.
Смеюсь, глажу его по жёсткой шерсти на спине, безуспешно пытаюсь увернуться от мокрого шершавого языка.
— Ну, всё, всё. Соскучился, малыш? Я тоже. Хороший мальчик…
— Не собака, а слон или динозавр, честное слово. Не удержишь. Сорвался опять, как тебя увидел, Лера, — задыхаясь и прихрамывая, догоняет пса свёкор.
— Не бойтесь, Коленька хороший. Не кусается… — обращается он уже к Марату.
— Что вы говорите? — ворчливо отвечает он, поднимаясь с асфальта.
Свёкор больше не обращает на него внимания, забирает у меня поводок и, наматывая на свою руку, подтягивает собаку к ноге:
— Домой, непослушный ребёнок.
И впервые поднимает на меня сочувственный взгляд. Быстро пожимает кисть, подмигивает, и, понизив голос, говорит:
— Не обращай внимания на Светлану Ивановну, дуру старую. Она просто за сына переживает. И не объяснишь, что он сам всё просрал. А ты хорошая девочка. Жаль.
Я благодарно улыбаюсь и провожаю их взглядом. Свёкор во всех спорах всегда принимал мою сторону. Мировой дядька. И мне тоже очень жаль, если наши пути окончательно разойдутся после развода. Он ещё раз оборачивается, я улыбаюсь и прощально машу рукой. Колизей тоже оглядывается и, увидев меня, подпрыгивает с намерением опять рвануть ко мне. Но свёкор неумолим. Пёс опускает хвост и грустно плетётся за хозяином.
Я оборачиваюсь к Марату. Тот старательно отряхивает рваные брюки. С озабоченным выражением лица спрашиваю:
— Ты в порядке? Как ты тут вообще оказался?
— Мимо проезжал, — недовольно бурчит под нос, — думал, что разорвёт тебя этот…Коленька.
Я взрываюсь в хохоте:
— Спасибо.
— Очень смешно, — Марат ворчит, старательно сжимая губы. Но сдержаться не получается, он тоже начинает смеяться.
Когда приступ веселья заканчивается, он откашливается, становится серьёзным и мрачно осведомляется:
— Брюки зашивать умеешь?
Улыбка сползает с моего лица. Растерянно киваю, с сомнением бросая взгляд на дизайнерские лохмотья внизу штанин Марата.
— Тогда поехали, — властно направляет меня в сторону машины и, не дав опомниться, берёт под локоть и ведёт к ней.
Автомобиль рывком трогается с места. Марат держит руль крепко и сосредоточенно. В моей голове крутится множество мыслей. Ловлю себя на том, что мне очень приятен его поступок. Смело бросился защищать меня. Это так… Трогательно и мило. Божечки. Он, как настоящий рыцарь, а я — его принцесса, которую чуть не унёс в своё ущелье страшный дракон. Мой герой победил дракона и спас меня. Кайф…