Мэтт явно пытался меня успокоить, но сделал только хуже. Три мужа? Четыре?! Я от одного едва сбежала. Нет, не надо мне таких подарков судьбы. Метка, отмена. Отмена, кому говорят!
Паника в моих глазах не на шутку напугала обоих. Мэтт вылез из бассейна, чтобы принести водички, а Карракс принялся массировать плечи и приговаривать, что по одному ребенку на каждого хватит, хотя ему можно и двоих.
Не выдержав, я расхохоталась. Нервозность сменилась искренним удовольствием, когда мне удалось взять инкуба в захват и слегка притопить. Карракс позволил мне немного подурачиться, после чего подхватил на руки и кинул на глубину. Пришлось плыть к нему. День снова казался прекрасным. Правда, играться в горячей воде оказалось тяжелее, чем я думала, поэтому пришлось вылезать. Холодный воздух принес облегчение. От наших тел валил пар, а та самая суккуба сверлила взглядом мой затылок.
А вот местные аристократы отнеслись к нашему перформансу с падениями в бассейн спокойно. На их лицах так и читалось: “Эх, молодежь!”
Может, виной тому события у губернатора. Теперь все знали, что я не приемыш и замарашка из Леона. А Карракса вообще многие знали как эмиссара. А куда пропал Мэтт?
Я поискала взглядом высокую темноволосую фигуру. Архимага нигде не было видно. Ну не украдут же его? Я беспомощно посмотрела на Карракса. Инкуб закатил глаза.
– Сейчас отправлю ему сообщение.
– А меня вы не хотите подключить к своей мысленной переписке? – Я сложила руки на груди, стараясь выглядеть воинственно. В полуголом виде получалось плохо. – Вдруг мне что-то понадобится?
– Позовешь, – фыркнул Карракс.
Только я собиралась ему напомнить, что свое кольцо он сам испортил, когда вылез из него в ресторане, как вдруг инкуб встал на одно колено. Карраксу удалось застать меня врасплох. Понятия не имею, где он прятал коробочку с кольцом.
– Хороший камень? – шепотом уточнил инкуб.
Я посмотрела на огромный кровавый бриллиант, мысленно прикинула его цену и признала:
– Да.
А потом до меня дошло, что вопрос Карракса не слышал никто, а вот мой ответ…
– Нет!
– Первое слово дороже второго, – ответил Карракс.
– Мы не в детском саду.
– Но как появится дети, придется.
Кольцо оказалось у меня на пальце так быстро, что я даже сообразить не успела. И тут из-за угла появился злой Мэтт. Я впервые видела его таким. Мышцы бугрились, а по плечам расползались странные татуировки. И взгляд архимага пугал.
Заметив меня, Мэтт постарался улыбнуться, но вышло плохо. Не успела я уточнить, что случилось, как на архимаге повисла девушка.
Это была потрясающей красоты брюнетка. Ее черные локоны рассыпались по плечам, оттеняя фарфоровую кожу. Посмотрев на ее купальник, я поняла, что мой был верхом благоразумия и приличий. Пожалуй, половина моего нижнего белья оказалась бы куда скромнее ее наряда. Незнакомка была красивой. Нет, не так. Эта брюнетка выглядела божественно. Ее большие алые глаза обрамляли густые длинные ресницы, алые аккуратные губки бантиком капризно надулись.
А еще по щекам этой девушки беспрестанно текли слезы. Меня поразило, как она умудрялась рыдать и выглядеть при этом так хорошо. Незнакомка обвила шею Мэтта, беззастенчиво продолжая болтаться на нем.
– Любимый, как ты можешь отвергать меня? – всхлипнула роковая красотка.
До моего мозга начало медленно доходить. Я чувствовала себя странно, будто тело стояло у бассейнов в облаках пара, а душа оказалась где-то далеко. Все внутри будто окаменело, стало чужим, лишним, болезненно тяжелым. Мне сдавило горло так, что я не смогла бы вымолвить ни слова. А незнакомка продолжала, будто не замечая, что каждое ее слово иглой впивается в мое сердце и ранит, ранит так, что невозможно дышать от боли.
– Ты же клялся в любви! Что же мне теперь делать? Я… Я беременна!
Кажется, я испуганно икнула, тем самым привлекая к себе всеобщее внимание. Красотка непонимающе оглянулась и смерила меня почти что приветливым взглядом. Красивая и добрая, прелестное сочетание. А еще беременная от моего истинного.
– Лисса, я… – начал Мэтт.
Я подняла руку, призывая его умолкнуть. Ну-с, приступим.
Любая приличная девушка знала, как действовать в подобной ситуации. Нужно громко охнуть, залепить предателю пощечину, цыкнуть на разлучницу и уйти. Любая приличная девушка плачет, когда ее предают, а не потирает ручки, предвкушая очередное развлечение.
Если Мэтт обрюхатил эту девицу и сбежал, это не моя проблема. В подоле принесу не я.
А если нет, то эта мадам пытается нажить себе очень опасного врага. Хватит с меня покорности и смирения перед судьбой. Я не собираюсь стоять в стороне, пока у меня крадут истинного. Да и как Эйдан не поступлю. Предпочитаю выслушать обе стороны, а уж потом выносить суждение.
– Какая неделя? – с улыбкой спросила я.
– Что? – хлопнула ресницами девушка.
Мэтт наконец смог отцепить ее от себя. Судя по тому, как тяжело ему было убирать девичьи руки со своей шеи, силища у незнакомки была знатная. А затем я заметила на ее предплечье метку. Восточный Дарай. А девица-то не из простых.