Многострадальный халат и тапочки отправились куда-то на пол. Я как-то оказалась на коленях у Мэтта, который ласкал губами мою шею. Карракс неторопливо целовал мои коленки, все выше и выше поднимая подол ночной сорочки. Мужские пальцы порхали по коже, задерживаясь в особо чувствительных местечках. Уверенные ласки мужчин разжигали во мне что-то новое, неизведанное, невообразимо приятное.
Рядом с любимыми я не чувствовала ни смущения, ни волнения. Все шло так, как надо. Глубоко в душе я знала, что все правильно. Карракс и Мэтт были моими. А я – их. И наши чувства значили куда больше, чем традиции и правила людей.
Я подалась навстречу Мэтту, его губы столкнулись с моими. Это походило на игру: я не понимала, как правильно целовать, поэтому просто пробовала разные способы. Мой язык несмело коснулся сомкнутых губ падшего, и Мэтт тихо простонал. Он приоткрыл рот, придерживая мой затылок. Я с бешено колотящимся сердцем принялась исследовать новую территорию. До этого мне ни разу не доводилось быть инициатором.
Мэтт слегка улыбался. Он изредка вмешивался, углубляя наш поцелуй, когда оставаться в стороне больше не было сил. Одна его рука лежала у меня на затылке, другая покоилась на талии. Мэтт в очередной раз подался вперед, полностью овладевая мои ртом. Мне не хватало воздуха, но еще сильнее не хватало ласк любимого. Словно поняв, что одними поцелуями меня не удовлетворить, падший сдвинул руку. Его пальцы пробрались в вырез сорочки. Одна лямка соскользнула с плеча, и я невольно поежилась.
Теперь я была не менее раздетой, чем женихи. Непривычно.
– Любимая, – выдохнул Мэтт мне в губы и снова поцеловал.
Его пальцы очертили полукружье груди, отчего по телу пробежала целая волна мурашек. Мэтт аккуратно провел вверх по нежной коже, пока не столкнулся с затвердевшим соском. Я тихо охнула. Каждое его прикосновение казалось почти огненным. Даже поцелуи померкли на фоне этих новых ощущений.
Я оторвалась от губ Мэтта и столкнулась взглядом с Карраксом. Инкуб широко улыбался, явно наслаждаясь потоком эмоций, которыми мы его насыщали. Карракс лишь лениво рисовал узоры на моей коленке. Поняв, что мое внимание переключилось на него, он склонился и поцеловал внутреннюю сторону бедра. Взгляд на меня. Еще один поцелуй.
Карракс медленно двигался вверх, поднимая подол сорочки, пока не показалось кружево новенького черного комплекта. Длинные музыкальные пальцы инкуба прочертили новый узор, но теперь не на коже, а прямо поверх ткани.
У меня голова шла кругом. Стоило бы подождать до свадьбы. Однако в эту минуту мне хотелось еще. Все равно, что будет дальше. Сейчас мне было жизненно необходимо, чтобы Карракс и Мэтт продолжали.
Падший ангел снова накрыл мои губы своими, а инкуб продолжил творить свою магию, выбивающую абсолютно все умные мысли из девичьей головы. Я прикрыла глаза, отдаваясь во власть ощущений. В этот момент мне даже хотелось простить Валирию, драконов и даже дуру-сестру… Хотя нет. С Мел переборщила.
Карракс особенно чувствительно провел по кружеву, и я выгнулась от удовольствия. Мэтт потихоньку избавлял меня от второй лямки, отчего все тело становилось сверхчувствительным.
И тут в дверь постучались.
Я дернулась и, если бы не руки Мэтта, непременно свалилась бы на пол. На языке вертелись отборнейшие проклятья. Хотелось встать посреди комнаты, воздеть руки к небу и проорать: “Хаос! Если ты еще со мной, помоги! Дай еще пять минуточек полежать!”
– Закрыто! – рявкнула я.
От моего голоса даже стекла в окнах испуганно звякнули. Но гости и не думали уходить:
– Эрга Маррон, мы к вам.
– Эрги Маррон нет, – ответил Карракс. – Она улетела. Вернется завтра.
– Как нет? – взвыла Триша за дверью.
Звякнул ключ. Дверь в комнату распахнулась. Я настолько опешила от такого вмешательства в личную жизнь, что даже икнуть не смогла. Карракс и Мэтт оказались куда подготовленнее к наглости обитателей Бездны. Они наложили на нас столько щитов, что непрошенные гости не могли не только увидеть, но и даже просто засечь присутствие троих магов в комнате.
– Полностью непроницаемые, – оценила я их старания.
– Звук забыл, – посетовал Мэтт.
– А я ментальный не поставил, – признался Карракс.
– Плохо защищаете, – резюмировал папа с другой стороны щита. – Ничего не видно, но слышно хорошо. А ментальной магией я не владею.
И слава Хаосу! Мне и Айгара хватало. Еще бы отец меня увидел в такой компании и в такой… степени оголенности.
– Выйдите, – взмолилась я. – Через пять минут приду в тронный зал и поговорим.
– Через минуту, – сурово произнес отец.
– Я не успею… кхм, привести мысли в порядок.
– Знаю я вас. Будете все пять минут продолжать свою культурную программу, опоздаете на минуту, придете запыхавшиеся и с соломой в волосах.
Я покраснела до корней волос и принялась оправлять сорочку. Мэтт помогал мне не свалиться и не запутаться в двух лямках. Карракс лишь морщился. Вид у него был такой, будто он рассчитывал на завтрак из пяти блюд с карпаччо из говядины и ягодным пудингом, а принесли ему овсянку. На воде.