— Храм подожгли? Где? И что делать? Опасно? Кто-то пострадал? — протараторила я первые возникшие в голове вопросы.
— Подожгли храм в Друафасте, — сдержанно ответил Аргос, приближаясь ко мне. Одет он был по-дорожному, на поясе покоился в ножнах меч. — О пострадавших не сообщали.
В голове всплыли воспоминания Лильен о величественном белокаменном здании в столице Янтарной провинции. Он сохранялся как памятник былым временам язычества.
— Драконы не придерживаются веры в Трёхликого. Его приверженцы опасаются, что мы начнём диктовать народу, кому им следует молиться. Мне следует разобраться, потому я выезжаю. Останусь в столице, пока не разберусь. А ты будь здесь. Если понадобится, я вызову. Во всём слушайся Джонаса, он защитит.
— Хорошо, — пролепетала я.
Поместье находилось в дне пути от Друафаста, золотой лорд по какой-то причине предпочитал его столичному замку. И замечательно, дела удержат мужа-злодея подальше от меня, пока я занимаюсь артефактами.
Мы покинули здание и спустились по ступеням, где только три дня назад нас чуть не придавило статуей. Здесь ждал Джонас со снаряжённым в дорогу конём.
— Может, я с тобой? — хмуро предложил он, подавая своему лорду узду.
— Нет. Ты должен охранять Лильен, — Аргос в одно слитное движение запрыгнул в седло.
Вороной конь всхрапнул, повёл сердито ушами, словно только и ждал момента, когда можно будет сорваться в рысь.
— До встречи, Лильен, — кивнув мне, супруг пришпорил жеребца.
— Пока, — я махнула рукой, но мужчина даже не обернулся.
— Не стойте там. Вдруг сверху снова что-то упадёт, — Джонас провожал своего лорда недовольным взглядом. — Мы не уверены, что это не случайность, лучше проявить осторожность, пока идут разбирательства.
Я послушалась, отошла подальше от дома, глядя на крышу, где расположились в изящных позах статуи, изображавшие поющих женщин. Одна отсутствовала, упала, точнее, кто-то столкнул её мне на голову. Я даже знаю, кто постарался. А теперь Джонас делает вид, что произошло покушение, которое активно расследуется на предмет поиска злоумышленника. Так можно совершить ещё несколько подобных попыток убийства. Рано или поздно они возымеют эффект. Я не обольщалась, у золотого лорда больше шансов добиться своего, чем у меня выжить, но всё равно не собиралась сдаваться.
Джонас направился в дом, даже предложил проводить меня до комнат, только я отказалась, сославшись на желание прогуляться. Тем более, вечер действительно выдался спокойным и тёплым, несмотря на приход тревожных вестей из столицы. Пусть это не мой мир, но про себя я молилась, чтобы никто не пострадал. Насколько знала Лильен, музей работал до позднего вечера и закрывался только на ночь.
Я двинулась было по дорожке, но тут по лицу скользнул золотой луч, словно солнце на миг выглянуло из-за горизонта. Меня пробил холодный пот, на миг сознание вернулось в день аварии. Вода вокруг, тьма ловушки тонущей машины и солнечный свет, указывающий мне путь к спасению. Вот только тогда тоже был поздний вечер. Свет просто исчез, стоило мне вынырнуть на поверхность реки. Было темно, холодно и страшно. Я звала родителей, но они не выбрались. Свет вывел из ловушки только меня.
Поморщившись, я опустила голову. Взгляд зацепился за серебряную цепочку, выглядывающую из-за фигурного куста. Я нагнулась, потянула её к себе. Медальон зацепился за серый камень, вырезанный в виде кисти руки. Осколок статуи. Видимо, его пропустили при уборке. Высвободив цепочку из цепких каменных пальцев, я присмотрелась к медальону. На деревянной бляшке был вырезан крест Трёхликого, больше напоминающий перевёрнутый символ мира. Между его разветвлениями расположились изображения магического шара, кубка и зеркала. Они отражали три лика бога: чародея, знахаря и прорицателя.
Лильен не была набожной, отец в детстве рассказывал ей о временах язычества, поддерживал в ней любовь к истории, но те воспоминания давно стёрлись. А к Трёхликому она относилась даже с ненавистью, потому что мачеха заставляла её посещать важные службы. Лильен не понимала, зачем, да и я тоже. Видимо, в отместку за внесение изменений в завещание.
— Странно, — пробормотала я, продолжая крутить медальон в руке.
Может, кто-то из прислуги уронил? Точно не драконы, они поклоняются другим богам. Кстати, каким?
Я решила отнести медальон в часовню. Заодно прогуляться в южную часть территории особняка и осмотреться. Надо же наметить план возможного побега. Вдруг придётся, как в фильмах, нестись прочь босиком в темноту леса. Не хотелось бы, но с драконами и не такое возможно.
Выложенная серым камнем дорога привела меня к невысокому зданию, будто созданному из четырёх арок, каждую из которых по центру украшал цветной витраж. Окна изображали один из ликов местного бога, а на всю длину двери растянулся тройной крест. Внутри часовни ожидал стоящий в центре небольшого помещения алтарь в виде золотой чаши. Потолки украшали искусные картины, изображавшие пришествие трёхликого мужчины, в ногах которого лежат короли, изображая боголепное поклонение.
