Знаю, что говорить последнее не следовало. Знаю, как прав в своих догадках и оттого только неприятнее это осознавать. Но меня оскорбляет подобное отношение брата — он ведь не попытался узнать Адри, просто заклеймил её званием омелы, паразита, не способного существовать самостоятельно.
— Скоро ты сам во всём убедишься, — доносится до меня ледяной голос Рикана. Однако он уже не способен остудить мою злость, которая с каждым днём только растёт, не находя выхода. — Ты продолжишь сидеть здесь и твоей…. паре, — звучит снисходительное, — придётся отыскать себе нового благодетеля. Тогда-то мы и увидим, какова иная сторона её любви.
Сжав прутья решётки до побелевших костяшек пальцев, я, сам не понимая почему, неожиданно бросил:
— А если она придёт за мной? Что тогда ты будешь делать?
— Какая-то женщина решит выступить против меня, короля Росдона? — с сомнением протянул брат. После чего вздохнул: — Ты действительно лишился рассудка. Ничего, время всё лечит.
— Что-то по тебе этого незаметно, — процедил я в ответ, желая хоть так укусить его побольнее. Вот только в этот раз брат остался равнодушен к провокации. И прежде чем уйти, он с формальной улыбкой сказал:
— Наслаждайся отдыхом. Скоро тебе принесут ещё книг.
Слова о том, что меня уже тошнит от такого рода развлечения, пришлось оставить при себе. Брат удалился, громко хлопнув дверью, тем самым выдавая своё настоящее состояние. Что ж, мы всегда умели взаимно довести друг друга до белого каленья, видимо такова участь всех родных братьев, которые слишком похожи. Наверное, не будь у нас с Риканом такой большой разницы в возрасте, мы бы ещё и дрались безбожно. А так только спарринги, которые он всегда останавливал до первой крови.
Побуравив взглядом дверь, скрывающую лестничный пролёт, я дождался, пока раздражение начнёт понемногу отступать и тяжело вздохнул.
Не хотелось доходить до такого. На самом деле меня грызёт совесть каждый раз, когда в пылу ссоры из меня буквально вырываются упоминания о бывшей жене брата. Леди Делире, будь она проклята. Вот кого смело можно назвать паразитом под личиной кроткой девицы, способной одурачить даже осторожного короля.
После того, как наших родителей убили во время покушения, брат сам меня воспитывал. Он никому не доверял, всех приближённых людей перепроверял по десятку раз и постоянно ждал от них подвоха. И вот угораздило же его открыть своё сердце именно той, кто меньше всего этого заслуживал….
Мне было восемь лет, когда Делира стремительно ворвалась в нашу семью. В моих воспоминаниях она осталась хрупкой девушкой с воздушными светло-рыжими кудрями и добрыми голубыми глазами. На фоне брата Делира выглядела совсем крохотной, требующей защиты, а так же постоянного внимания. Неудивительно, что Рикан поддался её чарам, буквально носил на руках и ни в чём не отказывал — леди Делира вышла из бедной семьи, чем, как оказалось позже, частенько манипулировала братом. Ох, столько лишений, ах, так мало благ. И Рикан спешил исполнить любой каприз жены, закрыть все её потребности, тем самым неосознанно стремясь заслужить её любовь.
Истинная подоплёка отношений Рикана и Делиры начала проявляться четыре года спустя. Тогда в Росдоне произошла череда настоящих бедствий: то нападения нечисти, то обвалы, оползни и неурожаи в и без того скудных землях, пригодных для фермерства. Казна тогда не просто опустела, брату пришлось влезть в огромные долги, тем самым начав экономить на всём. Тогда-то леди Делира и показала себя во всей красе.
Уже нося под сердцем будущего наследника Росдона, королева закатывала истерики, вечно жаловалось на отсутствие любимых блюд, новых нарядов и праздников. Все терпели, списывая такое поведение на положение Делиры. Однако после рождения крохи Кеннета всё стало только хуже, и наладилось лишь после преодоления всех финансовых тягот.
Как бы брат не был ослеплен любовью, он сразу всё понял. Собственная жена просто использовала его, видела в нём возможность реализовать свои амбиции и любила его только потому, что нуждалась в имеющихся у короля благах. Рикан души в ней не чаял, но закрыть глаза на такое неуважение не смог. Следующие несколько лет я предпочёл находиться как можно дальше от дома, чтобы не видеть холодную войну, которая началась между королевской четой. Войну, в награду за победу в которой мой брат получил двух дочерей, после чего с заледеневшим сердцем развелся с Делирой, сослав ту с глаз долой. Всё равно она не питала никаких чувств к их детям, оставаясь безучастной к каждому из них.
Так что на самом деле я не злюсь на брата. Мне прекрасно известно, почему он настолько разочаровался в любви, что предпочёл сосредоточиться на долге. Теперь у Рикана на первом месте королевство, дети и… я — даже столько лет спустя и имея собственных детей, он продолжал относиться ко мне как к своему самому старшему сыну. Потому плевать Рикан хотел на мою “неблагодарность” за все дарованные блага, он просто боялся, что со мной обойдутся так же, как и с ним.
