Значит, мне не показалось, и место моего заточения было подозрительно идеальным для заклинателя чудовищ. Теперь я ещё больше растерялась, а так же… насторожилась. Лиам никогда не был настолько глуп, он точно не стал бы открывать и тем более показывать для меня такой путь. Если только… Лиам не был бы уверен, что в любой момент сможет со мной совладать.
От этой мысли по телу пробежали неприятные мурашки. И чтобы хоть как-то успокоить нарастающую дрожь в теле, я прямо спросила:
— А ты не боишься? Не боишься, что потом я использую эту силу против тебя?
— Не боюсь, — звучит тихий, но уверенный голос бывшего мужа, — потому что по-прежнему верю — ты сможешь меня понять и простить. Если же нет, тогда мне придётся признать, что я допустил ошибку, когда… полюбил тебя больше Илруна и больше своего наследия.
Стоя у опушки густого леса и ощущая колоссальное давление от магического ограничителя на руке, я поняла — дальше мне и шагу не ступить.
Оковы на руке оказались достаточно щадящими. Они не лишали цели, в данном случае меня, сознания, тем самым неплохо так портя ей здоровье, не провоцировали невыносимую боль по всему телу, что тоже не могло пройти бесследно, а просто делали ноги тяжёлыми. Вперёд их теперь просто не сдвинуть. Зато стоило сделать всего пару шагов назад, как магическое давление полностью исчезало. Однако оно тут же возвращалось у заданного магией контура — что, несомненно, усложняло мне задачу, которая, к слову, с каждым витком размышлений казалась всё более неприглядной.
Что-то было не так. Шестое чувство буквально кричало об этом.
После вчерашнего визита Лиама я ещё долго не могла уснуть, раз за разом прокручивая в голове каждое его слово. И чем больше я думала над нашим крайне странным разговором, тем более подозрительной мне казалась вся ситуация.
Знать открыто угрожала королю, и он решил сделать вид, что покорно уступил, желая чуть позже просто им отомстить? Лиам? Который буквально вчера показал мне, как далеко просчитывает свои ходы? Да даже если вспомнить то, как тщательно он подготовился к моему свержению — независимые наёмники из другой страны, маскировка под варваров, и усадьба, куда дорогу найти сродни поиску иголки в стоге сена…., нет, что-то не сходится.
Все слова бывшего мужа казались мне какими-то слишком правильными. Будто он плёл паутину с одной целью — не выпустить меня из своих лап.
Как можно обвинять Лиама, если он так рьяно спасал мою жизнь? А угроза от великих лордов, действительно, серьёзная вещь. Последний раз в истории, когда правитель наплевал на знать, служащую столпами его государства, ничем хорошим не обернулась — междоусобицы, восстания, уничтожение урожаев и голод, последовавший за ним. Всё это чуть не разрушило одно из соседних королевств под названием Асхан. И причиной тому стало желание короля жениться на какой-то горничной, не имевшей ни дара к магии, ни достаточно острого ума для познания необходимых для королевы наук, ни хоть чего-то, что выделяло её среди других благородных леди двора.
Естественно главы великих домов Асхана оскорбились. Их дочери несли в себе те или иные дары десятков поколений, а им предпочли серую мышку без рода и племени, которая, к тому же, в силу своего происхождения не понимала многих вещей, тем самым всячески подрывая авторитет короля. О её выходке с укороченным бальным платьем, осквернившим древние устои, до сих пор судачат на чаепитиях. Никто не посчитал ту девицу прогрессивной, скорее она стала примером вульгарности, спровоцировавшим раскол между королём и знатью.
Таких примеров всегда хватало, а раз мне положено было знать о подобном, то в понимании Лиама я не смогла бы осудить его. Идеальнее причины оправдывающей его предательство просто не найти.
Интересно, чувство долга перед страной перевесило бы мою брезгливость, если бы я не была так близка с мужем изначально? Будь он моим скорее компаньоном по правлению, нежели любимым мужчиной, смогла бы я проглотить оскорбление и последовать его плану? Думаю, скорее всего… да. И для этого имелось достаточно причин.
Для начала только с титулом королевы я могла влиять на жизнь обычных людей. Взять, к примеру, тот самый приём по возвращению с которого я застала мужа с другой — там мы с женами самых богатых лордов столицы присутствовали не ради хвастовства новыми нарядами. Хотя куда без этого. Но даже так, в тот день на повестке были важные обсуждения о новых лечебницах, домах для беспризорников и помощи пожилым людям, оставшимся без опеки родных. Именно для этих целей на таких вечерах и я, и дамы, входящие в неофициальный совет помощи нуждающимся, собирали деньги. По большей части они шли от продаж выставленных нами же предметов роскоши, но иногда заезжие лорды и леди оставляли в нашем фонде приличные суммы просто так. После чего мы следили, чтобы каждая медная монета пошла на благое дело.
