— Мы уже все обсудили с тобой, как взрослые люди, — проговорила достаточно громко, чтобы бывший меня услышал, с ненавистью посмотрев на него. — В суде несколько лет назад. Нам не о чем с тобой больше разговаривать, Демьян.
— Так, значит? Хочешь по-плохому? — усмехнулся он.
От угрозы в его голосе по спине побежали ледяные мурашки. Бывший, не отпуская ручки двери, свободной достал телефон и стремительно принялся в нем копаться.
Взломщика машин что ли вызывает?
— Мама, это Демьян Королёв? — с заднего сиденья Артуру было не видно лица нарушителя нашего покоя, но разговор-то он весь слышал.
— Нет, Артур, это просто…
— Я вызвал репортеров, — так и не дал мне договорить бывший муж.
— Что? — сглотнула, не понимая, и перевела на него взгляд.
В памяти тут же пронеслось то ужасное время пряток после развода, когда журналисты ловили камерами буквально каждый мой шаг.
— Хочу, чтобы ты на камеру телевидения сказала правду, — произнес этот… гад, премерзко улыбнувшись.
— Какую еще правду? — в моем голосе появились нотки истерики. Не выдержав, с силой ударила кулаком по рулю. — Ты бросил нас много лет назад! А теперь решил вернуться и разрушить нашу жизнь? Нет уж, Демьян, так просто тебе это не удастся!
— Мама, мне страшно, — донеслось с заднего сиденья плаксивое. Вот же черт этот бывший. Перепугал мне ребенка, теперь и клоунаду устраивает. Чего ради? Что он хочет этим добиться?
— Все хорошо, сынок, — проговорила, стараясь, чтобы мой голос звучал мягко.
Я понимала, что должна успокоиться, ради Артура. Он ни в чем не был виноват, он просто маленький ребенок, который наверняка напуган и сбит с толку происходящим.
Мне хотелось обнять Артура, успокоить, но я не могла отвести взгляда от самодовольного лица Демьяна. Он больше не кричал, лишь только рассыпался в угрозах и требовал, чтобы я поговорила с ним.
Но я не могла этого сделать. Я чувствовала… Нет, знала! Знала, что если пойду у него на поводу, то он все разрушит. Все, что я так долго и тяжело выстраивала.
— Ты бросил нас! Ты забыл про нас! Про свою дочь! А теперь хочешь вернуться и все испортить?! — прокричала я Демьяну.
— Он и мой сын тоже! — злился в ответ он, не собираясь отступать. — Я хочу помочь.
— Помочь?! Да кому теперь нужна твоя помощь! Оставь нас в покое. Ты предал нас. Предал свою семью. Забил на родную дочь. И ты ошибаешься. Он не твой сын, — я глубоко вздохнула и попыталась сосредоточиться на том, как быстрее избавиться от внимания бывшего. Мне нужно было как можно скорее увезти Артура подальше отсюда.
— Не мой? — усмехнулся он, а тон его приобрел оттенки елейности. — Тогда согласна будешь сделать текст на отцовство и подтвердить врачебным заключением свои слова в прямом эфире?
Это уже невозможно было терпеть. Из меня будто разом высосали все силы. Даже на злость не осталось. Демьян решил загнать меня в ловушку.
Я опустила голову, стараясь собраться с мыслями. Мне просто хотелось поскорее уехать отсюда. Я чувствовала, как предательские слезы наворачиваются на глаза, но изо всех сил старалась их сдержать. Не могла показать ему свою слабость. Не сейчас, когда он в очередной раз показывал свое истинное, гнилое нутро.
— Это ничего не меняет, слышишь? Ни-че-го! Ты никто для нас. И для него в первую очередь, — собрав всю волю в кулак, посмотрела на бывшего через стекло, больше не собираясь терять времени.
Демьян на мгновение замолк, отпустив ручку двери и как-то поменявшись в лице, словно он вспомнил что-то важное. Но я не дала ему времени собраться с мыслями.
В топку! Хватит этот терпеть.
Наплевав на то, что Демьян стоял слишком рядом с машиной и мог пострадать, с силой нажала на газ. Бывший только и успел отскочить в сторону, прежде чем автомобиль сорвался с места.
Сжимала руль так сильно, что костяшки пальцев побелели. По щекам текли слезы. Мне хотелось кричать от злости и отчаяния. Почему Демьян вернулся именно сейчас, когда у нас только-только все наладилось? Почему не вспоминал раньше? Почему, мать вашу, ему так важно было в очередной раз нагадить мне в душу и разбередить старые раны?
Репортеров он позвал… Да хоть царя Соломона. Я не собираюсь подпускать его ни к сыну, ни к дочери. И без того слишком долго шла к спокойствию, к ощущению стабильности и безопасности, которыми окружала детей.
Именно поэтому я должна быть сильной. Ради Артура и Маши. Ради нашей семьи.
Демьян
Я стиснул зубы, сжимая руль так сильно, что костяшки побелели. Эта тупая курица просто закрылась в своей машине и проигнорировала все мои вопросы о нашем сыне. Она даже не потрудилась объясниться! Ярость кипела во мне, отравляя разум. Я жаждал мести, жаждал уничтожить ее за то, что она сделала.
На следующий день приехал к ледовому дворцу, намереваясь довести свой план до конца. Но когда увидел, что к моей машине спешит какая-то сопливая малолетка, в которой я с трудом, но узнал свою повзрослевшую дочь Машу, скривился. Меньше всего мне сейчас хотелось с ней видеться и говорить. Не в том я был расположении духа.
