Его глубокий проникновенный взгляд заставил меня затаить дыхание.
Данил прекрасно знал, что значит для меня куда больше, чем просто друг. И все же отчего-то мне показалось, что фраза его имела двойное дно. Что он хотел сказать что-то ещё. Что-то, что перевернет мою и его жизнь с ног на голову.
– Данил... я.. – попыталась было остановить его я, но слова застревали в горле.
Мужчина аккуратно провел пальцами по моей щеке, убирая выбившуюся прядь волос.
– Я хотел бы пригласить тебя на танец, – прервал он мое нечленораздельное блеяние и голос его звучал чуть хрипловато.
Я кивнула, чувствуя, как внутри бушуют противоречивые эмоции. Решительно встав, Данил галантно взял меня за руку. Его ладонь теплая и немного влажная, и в этот момент я поняла, что тоже хочу стать для него большего, чем просто подруга или любовница.
Мы вышли на танцпол, и Данил притянул меня к себе. Его широкие ладони с нежностью легли на мою талию, а дыхание коснулось моей щеки. Музыка обволакивала нас, унося далеко отсюда.
Каждый взгляд Данила, каждое его прикосновение во время нашего танца заставляло мое сердце биться все чаще. Чувствовала, как между нами вспыхивает искра, превращаясь в самый настоящий пожар.
Вдруг Данил остановился и посмотрел мне в глаза. Его взгляд был глубоким и пронзительным, словно он мог заглянуть в самую душу.
– Я люблю тебя, Лиза, – прошептал он проникновенно. – И ты меня любишь. Думаю, пора заканчивать прятаться и делать вид, что мы ничего друг для друга не значим. Ведь это не так.
– Ты… ты прав, – проговорила тихо, на глазах моих навернулись слезы. Больше не могла сдерживать свои чувства.
Неторопливо, словно в замедленной съемке, Данил наклонился и ласково поцеловал меня. Это был волшебный поцелуй, полный страсти и нежности.
Я позволила себе вновь поверить, полюбить, довериться ему. Начать новую жизнь с надежным и заботливым мужчиной, оставляя прошлое позади. Переворачивая новую страницу в своей биографии. Дети любят его, он заботливее любого родного отца, да и мне с ним уютно, тепло и комфортно, так почему я должна отказывать себе в праве быть счастливой? Почему не могу испытать, что же такое настоящее женское счастье?..
Демьян
Три года спустя
Я сидел за стойкой бара в какой-то захолустной дыре. В воздухе пахло кислым пивом и дешевыми сигаретами. Потертая барная стойка, скрипучий стул и долбящая по ушам попса. Не “КараМелька” и на том спасибо. Усмехнувшись своим мыслям сделал очередной глоток обжигающего виски.
Старался отвлечься от мыслей о том, что сегодня произошло на льду. Очередное поражение в самом начале сезонов матчей стало настоящей катастрофой для меня и нашей команды. Казалось, что мир вокруг меня рушился.
Моя карьера будто покатилась по наклонной, а я уже не мог справиться с ситуацией в одиночку. Клубы, пьянки, доступные девки, все это кружило голову и все дальше откидывало меня от реальности.
Я уже не мог не пить. Словно нечто внутри меня требовало все новых и новых доз алкоголя, чтобы заглушить душевную боль и тревогу. Вот и сейчас, проснувшись после очередного запоя в душном клубе, я ощущал раскалывающую голову и тошноту. Так стыдно было вспоминать, как я напился до беспамятства перед важным матчем и опозорил себя на поле. Еще и в драку влез, не сдержав гнев. Я тупо накинулся на задиристого капитана соперников, забыв об одном из главных правил — не бить лежачего.
Но я бил. С жестокой отрешенностью, присущей, разве что, безумцу, потерявшему связь с реальностью. Чувствовал, как мои кулаки с хрустом вбиваются в его челюсть, и испытывал какое-то извращенное удовольствие от этого. Словно весь накопившийся гнев, обида и разочарование выплескивались наружу через эти удары. Но вместо облегчения я ощущал лишь пустоту и отвращение к самому себе. Как я мог так опуститься?
Мои партнеры по команде смотрели на меня с презрением, тренер устроил мне разнос. А после игры я вместо того, чтобы сделать хоть какие-то выводы, отправился заливать горе в ближайший бар.
Меня трясло от осознания своей слабости и беспомощности перед демонами внутри. Я сам загнал себя в эту порочную спираль, в которой алкоголь был единственным обезболивающим, способным хотя бы на время заглушить душевные терзания.
Но это лишь временная передышка, за которой следует еще большее падение. Я понимал, что так дальше продолжаться не может, что мне нужно что-то менять в своей жизни. Но страх перед будущим и нежелание брать на себя ответственность за собственные поступки не давали сдвинуться с мертвой точки. Я чувствовал себя загнанным в угол, без сил противостоять этим порочным привычкам.
Опустошив стакан, почувствовал, как меня охватывает злость. Эмоции переполняли, и я не смог сдержаться. Сжав кулаки, я изо всех сил ударил по стойке, отчего бокалы задребезжали. Бармен с недовольством посмотрел на меня.
– Эй, приятель, ты выглядишь так, будто жизнь тебя пожевала и выплюнула, – донесся до меня хриплый голос сотрудника заведения.
– Плевать, – буркнул я, махнув рукой. Наливай еще, – сипло произнес, не поднимая взгляда.
