Я обвела взглядом мужа, его член качнулся под кроем пижамных штанов. Ваня был без трусов, они сушились на полотенцесушителя.
В голову ударил аромат парфюма мужа и запах его кожи. Я любила уткнуться ему в грудь и дышать теплым мускусом.
Куда это всё растворяется с годами? Почему ускользает?
Почему именно сейчас, на пороге расставания, я так остро всё чувствую, каждый запах, каждую деталь отмечаю.…
— Ничего не скажу. И ты безбожно тупишь, Ванечка, если тебе всё ещё нужны какие-то доказательства и признания… — нарочно сказала я, выводя мужа из себя.
— Не скажешь? — наклонился, рванув мой халат на себя. — Простонешь!
Наташа
— Не смей меня лапать, животное! — отбиваюсь от пальцев мужа.
Которые так проворно стягивают с меня халат и дергаю тонкий бюстгальтер, обнажив грудь.
— Тюююю.… Мои девочки… Давно не виделись. Идите сюда, ко мне, золотые.… — бормочет, прикладываясь жгучими поцелуями к соскам, вставшим как по госзаказу.
— Пошел вон, не хочу я тебя…
— Не хочешь, конечно…
Ваня роняет лапу на мою промежность, поверх трусиков из хлопка.
Надавливает по кругу, лаская.
Вот гад.…
Знает, как надо, выучил, как я люблю, и скользит не спеша, но усиливая нажим.
Меня пробивает острым, горячим спазмом. Первый, ранник предвестник грядущего экстаза, которое смоет лавиной все на своём пути.
Последний шанс ухватиться за разум, ускользающий за горизонт по волнам возбуждения.
— Может быть, ты меня не хочешь… Но… Тигрица в тебе меня хочет… Уже в трусики потекла… Я обожаю твои трусики. И как я сразу не понял, мммм.. На тех фото были твои трусики!
— Потому что ты…. Дурак….
Ваня сбивает трусики в сторону, погружаясь в меня двумя пальцами. Открытая и влажная расщелина с благодарностью сжимается вокруг его пальцев. Он нажимает, надавливает там, где надо.
О, как сладко.…
Аж пальчики на ногах поджимаются, и вдоль позвоночника бегут царапающие мурашки.
Простреливает все тело, до самой макушки.
— Дурак, — соглашается Иван.
Оторвавшись от розового соска, ноющего от ласк его рта, муж подонимает на меня взгляд.
Сейчас его глаза сверкают, переливаются, будто посылая в меня лучи загадочного света.
Он улыбнулся, погладив меня по щеке. При этом его свободная рука продолжала блудить у меня между ног, заставляя извиваться.
Улыбка всего на миг освещает его лицо и глаза, потом он становится серьёзным. Скулы заостряются, губы выталкивают слова:
— Но у меня есть одно преимущество. Я — твой дурак. С момента знакомства и по сей день — твой дурак. Я не шучу и не играю, Наташ.
Он прижимается к моему рту, глубоко и жадно целуя.
Вбирает мой язык, покусывая его алчно. Самый кончит зажат между его зубов, он двигает по нёму своим быстро-быстро.
И его пальцы переходят в молниеносную атаку, частыми толчками вонзаясь в податливую плоть.
Как пошло и влажно звучат его пальцы…
Как громко хлюпает…
Я ещё больше раскрываюсь, балансируя с широко раздвинутыми ногами. Задница висит на самом конце кресла, хочу ещё и ещё…
Не останавливайся!
Остановится, убью… Но сначала сниму резинку с волос, пережму его член у самого основания и оседлаю, натрахавшись от души…
А потом…. хоть потоп!
— Давай, моя девочка… Давай…. Потеки для меня хорошенько, как я люблю! — рычит мне в рот муж, ускоряясь.
В вагину толкается третий палец, теперь он трахает меня тремя и немного меняет положение руки так, чтобы каждый раз влажно шлепать всей раскрытой ладонью.
Изнутри накатывает огненный шар, собираясь вспыхнуть.
— Покажи, как ты себя ласкала… Покажи… По переписке. Не поверю, что не заводилась ни разу! Давай же…
Прикусив меня за губу, муж испускает горячий, глубокий стон с рыком, дрожит всем телом. Его член как штык натягивает пижамные штаны.
Я слышу, как часто бьется его сердце, которому противопоказаны и волнения и перегрузки, и сладкое-жирное-копченое-соленое…
Вся жизнь должна стать пресной и размеренной!
Но именно сейчас я посылаю это все далеко-далеко за горизонт и позволяю себе насладиться яркими, горячими минутами близости с мужем.
— Ещё…. — требую я, сдавшись. — Ещё!
Он замедляется, я стискиваю его пальцы.
Он одобрительно присвистывает.
— Всегда любил твою сочную пизденку. Такую только разогрей и потом еби в свое удовольствие, да? — шепчет горячо и пошло мне на ухо, облизывая шейку чуть ниже. — Кого нужно выебать хорошенько? Говори!
Медленно-медленно истекают секунды до следующего толчка его пальцев, которые не доходят туда, куда надо.
Снова и снова…
Вместо жаркого спазма — пустой позыв.
Ах, он издевается нарочно…
— Я могу и сама кончить. Без тебя… — хриплю, опустив пальцы на клитор.
По телу запускается ток. От приливов потрескивает в ушах.
— Можешь, конечно. Но ты же знаешь, вот здесь хочется больше.… — вонзается пальцами в лоно мучительно медленно. — Вот здесь хочется пожестче…
Муж прижимается лбом к моему, палит взглядом в мои глаза, не щадя и не позволяя разорвать этот зрительный контакт.
Как поединок.
Или страстный танец.…
Схлестываемся взглядами, но продолжаем, не желая уступать.
Он медленно изводит меня пальцами, я балую себя, мастурбируя.
