Я же нервно улыбаюсь, надеюсь, будущему партнеру.
— Что тебе надо?! Я работаю. — цежу сквозь зубы с этой ужасной улыбкой.
— Я вижу как ты работаешь. — выдает в ответ: — Исаков Марат. — протягивает руку итальянцу.
Лучано пожимает в ответ с подозрением глядя на этого подлеца.
— Не мешай мне. — делаю шаг ближе у итальянцу: — Развлекайся. — последнее прямо сочится сарказмом.
Чувствую, как он тяжело дышит, и посылает в меня то ли свирепый, то ли подозрительный взгляд.
— Лучано. Идемте, скоро начнется шоу. — указываю к закрытым дверям.
Там, в спокойной обстановке, я могу обсудить все детали и предпочтения по совместной работе.
Ведущий появляется в тот же момент, озвучивая, что гостям необходимо заканчивать с напитками, и пора наслаждаться живой музыкой, которая уже звучит для них.
Итальянец подхватывает мой порыв и совсем не интересуется тем, что это за самоуверенный индюк только что был здесь.
В тот момент когда подходим к дверям, где находится подиум для дефиле, пропуская вперед мужчину, я бросаю взгляд на помещение.
Сама не знаю зачем.
Но быстро нахожу этот ответ, потому как замечаю, что малолетняя брюнетка, личность которой уже известна, тянет моего еще мужа за руку.
А он идет за ней.
Впрочем, самое ошеломляющее, что они скрываются в служебном помещении для персонала.
Просто невозможно.
Прямо здесь.
Так и цепенею, вычурно делая вид, что ничего не происходит, а в груди будто чувствую буллинг из детства.
Унижение, демонстративное пренебрежение, одиночество и страх, что я это не переживу.
Глава 14
— Вы были на высоте, Дарина! — моя помощница Крис подходит ко мне, лучезарно улыбается. Хорошая девочка, старательная очень, отзывчивая, а самое главное не приставучая.
И я видела ее эскизы, они отличные. Она сомневается в себе, но я вижу талант, уверена у нее большое будущее.
— Я думаю мы можем перейти на ты, — улыбаюсь ей в ответ. Давно хотела это сделать.
— Ой, здорово… Дарина, вы, — она прикладывает руку ко лбу, волнуется сильно, — У тебя, то есть, тут телефон звонил несколько раз, но я не стала отвлекать во время показа. Тем более вы так активно беседовали с Лучано. Ты, то есть.
Смеюсь, аккуратно глажу ее по плечу. Эта девочка мне не просто так близка, я взяла ее на работу по просьбе директора детского дома, где выросла. Девочка похожа на меня, только есть небольшое но. Она более открытая и живая для своих двадцати лет, я в ее возрасте была воинственна и воспринимала мир как вражеское поле, где нужно сражаться.
Помню все обострилось, когда родилась Ариша. Теперь мне нужно было защищаться не только самой, но и защищать своего ребенка. Проблема была в том, что никакой угрозы не было. Так просто играл со мной мой мозг, я в каждом человеке видела подлость, не доверяла.
Были моменты, когда я переживала сильные потрясения, связанные с чем-то личным, но не делилась ни с кем. Даже с Маратом. Ему всегда приходилось вытаскивать из меня информацией клещами. Бесился жутко, но понимал.
И если честно… Иногда я плакала, заперевшись в ванной комнате. Плакала из-за того, что такая сложная, такая непробиваемая. Мы с Маратом обсудили мои проблемы, когда Арише было пять и какая-то женщина начала делать замечание моему ребенку на детской площадке, я почувствовала сильную агрессию. Мне захотелось ее ударить.
И я еле себя сдержала. Поделилась с мужем, расплакалась впервые при ком-то, упала на его грудь. Я помню, что Марат растерялся, не ожидал. Он увидел мои слезы, я прятала их очень глубоко.
Мы решили, что мне нужен психолог. Но он не помог. Вернее после пятого сеанса, когда женщина в очках решила капнуть куда-то слишком глубоко, я сбежала и больше в ее кабинете не появлялась.
Марат тогда снова принял мое решение, хотя был недоволен.
Видимо он устал… Не оправдываю его, он виноват. Виноват в том, что предал меня также, как когда-то предали меня мои родители.
Почему нельзя было честно прийти и сказать, что все! Не может больше. Не хочет. Хочет огня, хочет безбашенности. Хочет того, что я ему априори дать не смогу.
Смотрю на телефон, пропущенные от Марата. Я не видела его на показе, скрывать не буду, меня это задело. Задело даже больше, чем то, что он ушел с этой мадам в подсобку.
Я видела, как они вышли оттуда через пять минут, уверена, что ничего не было. Ирония в том, что я знаю сколько времени ему требуется для разрядки, и он точно не спринтер. За пять минут бы не смог.
Возможно… Они целовались. Черт. Я мазохистка, раз думаю об этом.
— Дарина, я бы хотел, чтобы вы поужинали со мной, — Лучано отвлекает меня от мыслей, я прячу телефон в сумочке, не решаясь набрать мужа, — Например, завтра.
Внутри я пищу от восторга. Так хочу показать ему свою новую коллекцию, которая пока представлена только на бумаге. Она сыровата, но мне как раз для этого и нужен глаз мастера.
— Да, Лучано. Конечно, — отвечаю ему, искренне улыбаясь.
Он дает мне несколько комментариев по поводу показа, как хорошие, так и конструктивную критику. И я безумно ему благодарна, потому что он как раз дает мне тот самый толчок для развития. Я начинаю понимать, куда двигаться дальше.