Со счастливой улыбкой я чмокнула сына в щёку и подхватила на руки. Только он мог за одну секунду исправить моё настроение. Раскачивая Андрюшку из сторону в сторону, я щекотала его букетиком и смеялась, когда сынишка хохотал.
Торопливым шагом я почти добежала до крыльца и напоролась на мужские взгляды. Вадим просто хмурился. Он всегда не одобрял мои задержки, даже если я останавливалась что-то сфотографировать во время дружеских встреч. А вот Зуев полыхал злостью.
– Не рвите цветы на участке! – рявкнул он.
Я вздрогнула и как во время пятничной встречи, повернулась так, чтобы Андрюшка не был между мной и разъярённым мужиком. К тому же, ему что, травы жалко для ребёнка?
– Это же сорняки, – начала я, но договорить Зуев не дал.
– Это специально посаженные сорняки! В определённых пропорциях! Это имитация луга! Это вы понимаете?
– Понимаю.
– Лера не знала, что траву нельзя рвать. Мы будем внимательно следить за сыном, чтобы он не трогал растения.
Вадим хотел защитить меня, но сделал только хуже. Лицо Зуева потемнело, словно на него, как на небо, нашло грозовое облако. Он крутанулся к двери и распахнул её настежь.
– Ничего не рвите на участке! Ничего! – Он шумно выдохнул. – Пойдёмте в дом. Я покажу вам расположение комнат.
Зуев подождал, пока я войду в прихожую. Потом пропустил внутрь Вадима. И только после этого вошёл сам.
Дверь плавно закрылась за его спиной.
Хозяин проскользнул мимо нас и протянул вазу с… Бахилами! Я успела подумать, что мы идём в поликлинику. Подняла вопросительный взгляд на Зуева, и он кивнул, без тени улыбки. Значит, музей.
Мы немного замешкались. Вадим передал нам 2 пары голубеньких чехлов. Я присела на мягкие, но похожие дизайном на уличные лавочки. Андрюшке бахилы были слишком велики. Их пришлось завязать узлом, чтобы не падали.
Свою пару бахил натянула на дешёвые босоножки. Почему-то меня это смутило. распахнул двери из прихожей в холл. Я чувствовала, что Артёму тоже заметил обтрепавшиеся края тесёмок из эко кожи. Мне стало неловко, а Зуеву весело.
Шкафов в прихожей не было видно. Но я знала, что они искусно скрыты за стеновыми деревянными панелями. И когда хозяин распахнул дверь в холл, я всё ещё вертела головой, чтобы понять, где именно встроены шкафы.
Холл мы проскочили быстро, а вот роскошная гостиная меня захватила. Панорамные окна в пол, ниспадающие гардины молочного и жемчужного цветов делали комнату бесконечной. Словно вытекая из потолка невесомая ткань расширяла пространство колоссально!
Стены кофейного цвета выглядели так, словно в них располагался невероятно стильный шкаф. Но я знала, что это обманка. Здесь не было никаких мест хранения. Видела такой приём на фотографиях конкурсных дизайнерских работ. Это было очень интересно!
Дом всколыхнул во мне давно погашенный интерес нереализованного дизайнерского потенциала. Я же училась в универе, чтобы создавать такую красоту. Мне это нравилось. Я даже у родителей в деревне делала бесконечные ремонты.
Едва погрузившись в атмосферу дома, я поймала себя на том, что смотрю на его отделку, а думаю о себе. О своей жизни. Как я дошла до того, что перестала стесняться ходить в обтрёпанной обуви. Когда перестала себя ценить?
Мужчины обсуждали материалы постройки, количество метров и комнат. А я зависала над лаконичной подсветкой без огромных люстр. Рассматривала решения по зонированию и подбору цвета. Любовалась искренне, от души. И прислушивалась к себе и дому.
Прикасалась пальцами к стеновым панелям. Разглядывала их под разными углами. Андрюшка рвался у меня из рук, и я поставила его на ноги. Боялась, что он начнёт играть со шторами, поднимая их края, словно ветер юбки. А он тут же попросился к Вадиму на руки, и тот его подхватил.
Мне казалось, что гостиная мне знакома. Но я не могла понять, откуда именно её знаю. На Светиных фото она была только частично. С экрана не передавался ни интерьер, ни расположение комнат. Об атмосфере и говорить нечего.
Пространство было уже полностью меблировано. Но рассмотреть столы, кресла, диваны и конструкции на стенах, не представлялось возможным. Вся мебель в гостиной была затянута целофаном. В полиэтиленовые складки были завёрнуты и декоративные мелочи.
То, что висело на стенах, тоже скрывалось под обёрткой. Что-то можно было разглядеть. Например, дизайнерские кресла в стиле 60-х, вполне угадывались даже в упаковке. Телевизор, на торцовой стене, тоже не смогли спрятать от взглядов. Но всё остальное оставалось загадкой.
– Вся мебель новая. Стоит на местах, согласно дизайн проекту. Но использована не была. – Артём комментировал каким-то бесцветным голосом. Звук выходил достаточно громким, но бездушным, безрадостным. – В гостиной удобно проводить время досуга. Играть в игры, читать, смотреть телевизор, или сидеть у камина. Одним словом, проводить тёплые семейные вечера.
У камина! Я подошла к висящему на стене напротив кресел огромной, напоминающей старый буфет, шкафообразной конструкции. Встала так, чтобы не было бликов, и поймала общее впечатление.