Он пытался шутить, чтоб подбодрить. Получалось плохо.
– Мне совсем не смешно, – Лина всхлипнула, прижавшись к широкой груди спасителя.– Дорого отдала бы, чтоб жить обыкновенной жизнью с обычным мужем.
Уезжать в другой город она передумала. Нужно просто расслабиться и ловить счастье? А как быть с принципами, что с детства вдалбливались в голову?
– Мне тоже не весело. Лишнее подтверждение, что надо тебя с ним разводить, как можно скорее.
– Что нам делать сейчас?
– Дождёмся полицию и узнаем.
– Опусти меня, – она сказала так, будто птицей просилась на волю.
– Уверена?– Тимур медлил. Когда ещё между ними установится полное доверие.
– Да, мне легче.
Он поддержал её за талию в первые два шага. Удивляясь вслух:
– Как ты с ним жила? Как могла выйти за него? Какая бы ни была любовь, надо включать голову. Ты же умная, отличница.
Она мотала головой, чувствуя, как глаза наполняются слезами.
– Не хочу говорить об этом.
Тимур махнул рукой.
– Это так, крик души. Исправить прошлое нельзя. Главное выстроить правильно настоящее, чтобы не жалеть о нём в будущем.
Лина остановилась, обернувшись к включившему «босса» брюнету.
– И моё будущее ты?
Он усмехнулся, не собираясь отнекиваться. Прежний Тимур лез со всех щелей из «романтика» на пару часов.
– Не так! Я и твоё настоящее тоже.
Она вздохнула. Взрослого человека не переделать. Его либо принимаешь таким, как есть, или уходишь в сторону. Уйти, равно потерять Тёму. Она перевела разговор.
– Если Славу посадят, то будет проще?
– Конечно! Перестанешь бояться каждой тени и вздрагивать при громких звуках. Я же всё замечаю, – он протянул руку, убирая с серых глаз прядь светлых волос, желая видеть их выражение. – Развод дадут без проблем. Мы сможем пожениться. И Тёма точно останется с нами.
Что должна была Лина сказать? Отказываться устала, объяснять что-либо тоже. Она до сих пор не смогла понять, чем дышит, кем является Тимур. Мужчина, получивший отказ только от неё и поэтому настолько хочет заполучить, или на самом деле влюблен много лет?
– Один раз я поторопилась выскочить замуж. Ничем хорошим это не закончилось, – она прижала ладони к сердцу.– Вот тут пока ничего не ёкает, глядя на тебя. А без любви создавать семью нет смысла.
Задумчивое лицо или сожаление по поводу её слов, не для Тимура. Он ухмыльнулся, гипнотизируя чернотой глаз.
– Я уже тебе не безразличен, как и ты мне. Просто боишься признаться в этом. Время тикает, а я не собираюсь проигрывать! – длинный палец постучал по циферблату дорогих платиновых часов.
– А мне нужна квартира!
Он поморщился.
– Не упрямься. Она уже у тебя есть, даже не одна. Как и дом в элитном посёлке, – он рассмеялся, тут же издав стон, приложил пальцы к губе. – Тем не менее, заезд через ЗАГС!– прошипел очень громко.
Лина улыбалась. Эту напористость приложи он шесть лет назад…
– Может надо показаться врачу? Я не помню, что у меня в аптечке для Тёмы.
Тимур покачал головой.
– Никакой Москвы с врачами. Наверняка там есть перекись и лейкопластырь, обработаешь и заклеишь. Приехала отдыхать? Ещё первый день не закончился. Уедешь отсюда только со мной! – Голос стал безапелляционно резким.– Обговорим завтра.
Они возвращались в отель ещё той троечкой. Огромный Егор в измятых брюках. Лощёный Тимур с оторванным рукавом тонкой куртки, лицом в крови, сбитыми костяшками пальцев. И бледная, словно смерть, красотка с трясущимися руками.
Славика с подельником из отеля увозила полиция.
«Прогуляли на славу» в прямом смысле…
Глава 20
Лина споткнулась, шагнув на последнюю ступеньку гранитной лестницы.
В холле отеля дежурила Лариса, меряя нервными шагами расстояние от двери до стойки ресепшена. Неподдельное облегчение на лице при виде мужа. Значит, у красотки всё-таки было сердце?
Она словно клещ вцепилась в рукав куртки Егора, одарив соперницу полным презрения взглядом.
– Куда ты исчез, не дождавшись меня? Не знала, что подумать. Полиция на территории. Говорят, кто-то подрался, – Лариса прикрыла ладонью рот, заметив сбитые костяшки пальцев мужа.– Так и знала! Когда-нибудь из-за этой дряни ты будешь отвечать перед законом!
Она опять делала вид, что Лина пустое место.
Осаживать высокомерную рыжуху не было сил.
Тимур обнял Ангелину за плечи, шепнув на ухо:
– Улыбайся, пусть сдохнет от злости.
Она так и сделала, с широкой улыбкой пожелав:
– Спокойной ночи, Егор. Спасибо за помощь!
Оставалось послать воздушный поцелуй и рыжую точно долбанёт инфаркт.
Лина осторожно зашла в номер. Выключенный свет в спальне Тёмы с няней, чёрной полосой под дверью. Она аккуратно достала аптечку и вышла в коридор, где дожидался Тимур.
Лина с недоверием взглянула на высокого дьявола. Она опасалась идти в его номер, напомнив на всякий случай:
– Без рук!
Тимур ухмылялся губами, а глаза блестели, как у кота перед миской со сметаной.
– С памятью пока всё хорошо. Жду, когда начнёшь умолять, растекаясь у моих ног лужицей.
Лина потрясла бутылочкой перекиси.
– Сейчас ты меня умолять станешь.
Он хохотнул.
– Про язык уговора не было, – и наклонился, обдавая горячим дыханием маленькое ушко: – могу ласково нашёптывать.
