Лине пришлось привстать на цыпочки, чтоб прошептать в ответ:
– Сколько угодно! Ты ещё не понял, что я стойкий оловянный солдатик.
Со стороны они выглядели отчаянно флиртующей парой.
– Идём, подвергну тебя экзекуции. Желание обольщать, как рукой снимет! – Она покачала головой: – Мужчины неженки, не выдерживают ноющей боли. Наслушаюсь от тебя матов.
Тимур оказался терпеливым пациентом. Он не закричал и не выругался, откинувшись головой на спинку глубокого кресла, только прижимался губами к тоненьким пальчикам «медсестры».
Лина всякий раз замирала, борясь с ноющим желанием внизу живота. Если бы не жила принципами, то…
Она пыталась представить, что мог делать с ней босс, и растерялась, не понимая, как заниматься сексом без боли.
– Давно мой день не был настолько интересным, – он встал перед зеркалом, разглядывая аккуратно заклеенную бровь.– Говорят, девочки любят плохих мальчиков?–обернулся, вперив чёрный взгляд в серые глаза.– Будь я таким десять лет назад, мог бы завоевать гордое сердце первой красавицы школы?
– Для этого надо было рассказать о своих чувствах.
– Был слишком скромен. Нужно заниматься спортом, а не чтением научных трудов на английском. Немного не в том порядке расставлял приоритеты, – усмехнулся он.
Лина прошлась взглядом по выпуклым бицепсам.
– Перемены в тебе удивляют. Тут не поспоришь.
Тимуру явно льстила её похвала.
– Нашлись хорошие учителя. Умный, не значит додик. Поздно это понял. На такого крутышку ты бы точно обратила внимание!
– Хватит мучиться вопросами, что было бы «если»? Время не повернуть вспять. Не пройди я этот путь, не родила бы самого лучшего мальчика на свете.
– Был бы другой!
Лине оставалось усмехаться. Разве поймёт бездетный человек, что значит любить ребёнка.
– Дождись своих, и посмотрим, захочешь ли поменять их на других.
Она складывала аптечку, не заметив, как Тимур бесшумно подкрался сзади. Большие руки обхватили кольцом. Горячие губы в миллиметре от уха.
– Дети будут. И делить их я не стану. Хочу, чтоб мы просыпались в одной постели. Ловить губами твою улыбку. Слушать твой смех в моём доме, баловать, любоваться… – слова лились мягким бархатом в ухо. – Я сегодня почувствовал себя рыцарем. Соглашайся жить со мной. Дай второй шанс, раз первый бездарно просран.
Сердце громко колотилось. Лина чувствовала, как разгоняется в венах кровь, горячими приливами окрашивая щёки. Внизу живота сладко ныло. Ещё немного и позволит делать с собой что угодно. Она попыталась вывернуться.
– Ты обещал, что не прикоснёшься без разрешения.
Тимуру пришлось разжать руки.
– Я не касаюсь кожи кожей, иначе ты почувствовала бы дрожь, – бровь соблазнителя взметнулась вверх, на губах играла усмешка, а в глазах полыхал огонь.– Через одежду не считается.
Лина пятилась к выходу. Если на Земле есть дьявол, то сейчас он стоял перед ней.
– Останься…
– Я не могу…
– Я провожу.
– Не надо!
Она вытолкала себя за двери и на дрожащих ногах. Хотелось прижаться спиной к стене и отдышаться, избавляясь от похоти. Останавливаться рядом с его дверью опасно. Лина чуть не бегом отправилась в свой номер.
Она провалилась в сон, едва коснулась головой подушки. Сил обдумывать произошедшее не было. В соседней комнате сопел сын и похрапывала няня.
Проснулась от стука в дверь. С трудом разомкнула веки, упершись взглядом в светлую стену незнакомой комнаты. На часах семь утра, позже, чем встаёт обычно. Голос Аллы:
– С добрым утром, Ангелина Николаевна!
– Мамочка!
Лина не могла понять, почему у малыша слёзы в голосе.
– Встаю!
Ручка двери дёргалась.
– Ты от меня прячешься?
Лина выбралась из постели, сама не помня, когда поставила дверь на защёлку. Что это? Подспудный страх перед Славой или боязнь поддаться соблазну Тимура?
Она открыла замок, и в спальню ввалился Тёмка, подпирающий попой дверь.
Лина подхватила сына на руки.
– Зая, я не от тебя закрылась. Перепутала с входной дверью, – она целовала заплаканные щёчки. – Сейчас умоемся и пойдём завтракать.
– Пиццу с коктейлем? – Тёма протёр кулачками глаза.
– Что захочешь! – Лина закружилась по комнате, пытаясь его растормошить.
– Ему что-то приснилось, – объясняла Алла.– Проснулся со слезами и рванул вас искать. Новое место.
Лина вспомнила предложение Тимура остаться с ним на ночь. Что было бы сейчас с Тёмой, не окажись её в спальне?
Они едва успели умыться, как раздался стук в дверь номера. Алла открыла. Тимур заполнил собой дверной проём.
– Я за вами. Идём на завтрак, а потом кататься на вертолёте.
– На вертолёте? – Лина с удивлением смотрела на босса.
– Да, заказал. Покажу вам Подмосковье и посёлок где я живу сверху.
– Хочу на вертолёт! – Глаза Тёмы светились восторгом.– Я буду лётчиком!
– Вот и посмотрим, как ты относишься к высоте.
Тимур не сюсюкал с Артёмом и мальчику это очень нравилось.
– Я буду сидеть у иллюминатора?
– Даже рядом с лётчиками!
– Правда? – Зелёные глаза светились восторгом.
– Конечно. Я никогда не вру.
Тёма вложил ладошку в широкую ладонь нового друга, моментально забыв утренние переживания. Какая там пицца с коктейлем, когда высказанная за ужином мечта близка к осуществлению.
