Егор подошёл к стойке администраторше с вопросом:
– В какой палате лежит Галеев Тимур Аркадьевич?
Та недовольно пожевала тонкие губы. Наверняка, успела получить инструкцию не впускать никого кроме родственников.
– А кем вы ему приходитесь?
– Друг и невеста, – Он кивнул на Лину.– Нас ждут. Часы приёма не закончились. Так в какой? – Он нахмурился.– Или нам пройти к главврачу?
Медсестра не сдавалась, наклонив темноволосую голову в шапочке.
– Невеста другая вчера была.
Егор хохотнул. Чего умудрилась наговорить Раиса Максимовна, что младший медперсонал с такой ревностью отстаивал её просьбы?
– Ничего особенного. Это вторая. Гарем у восточного человека, – стебался он, твёрдо решив никому ничего не платить.– Проблема в чём? Посмотрите список разрешённых посетителей.
Медсестра недовольно проворчала:
– Не нервничайте так. У пациента ножевое ранение. Мало ли что…
Егор поднял бровь, протягивая паспорта.
– И?
Их наконец-то пропустили в святая святых.
Лина с волнением входила в палату. Давило чувство вины с желанием её загладить.
Тимур улыбался. Непривычно бледный, с впалыми щеками, но горящими чёрными глазами. Гипнотизирующий взгляд, направленный в лицо любимой блондинки.
Он не замечал Егора, почувствовавшего себя неудобно лишним.
– Я чисто поздороваться, и зайду позже.
Тимур пожал протянутую руку, ничего не ответив. Друзья отлично понимали друг друга.
Едва закрылась дверь, вопрос капитана-очевидность:
– Пришла?! – с непонятной интонацией и подоплёкой.
Лина не могла говорить. Горло сдавило. Глаза на мокром месте. С трудом сдерживаемое желание разреветься.
Он видел, что с ней происходит и не торопил, вложив в одно слово многое.
Она приставила стул, боясь сесть на кровать и нечаянно сделать больно, и с трудом продавила ком. Первые слова получились писком.
– Прости…
– За что? За долбоёба мужа? Что тебе пришлось жить с ним?
– Я подала на развод.
– Знаю. Позвонил адвокат, – он накрыл узкую кисть на колене широкой ладонью. – Отсюда и вопрос. Пришла к больному боссу или к любимому мужчине?
Лина дёрнулась, но не откинула большую руку.
Чёрная густая бровь взлетела вверх, и не понять, вопрос он задавал, или утверждал давно решённое.
– Сразу подадим заявление в ЗАГС! Можешь начинать готовиться к свадьбе.
Она улыбнулась краешком губ. Вот и ответ на неопределённое будущее. В отличие от Илоны, её зовут замуж. Пока без слов любви, но тянуть не стоит.
– Я согласна!
Тимур довольно улыбался. Добился своего намного быстрее, чем через год.
Он продолжал удивлять, не оставляя места сомнениям. Чёткий план уверенного в своих силах мужчины.
– Квартиру я тебе всё же куплю. Пригласишь жить маму. Детям нужна бабушка под боком.
– Детям?
– Конечно. Готовься рожать троих как минимум. Дом огромный, будем заселять его мелкими Галеевыми, – он попробовал засмеяться, но скривился от боли.
Лина хохотала за обоих.
– Еле дышишь после операции, но готов хоть сейчас клепать наследников.
Большой палец ласкал внутреннюю поверхность тёплой ладошки. Дьявольские глаза излучали желание. Прошептанное с хрипотцой:
– Дело то приятное, – вызвало сладкую истому.
Лина прикусила нижнюю губу.
Тимур зарычал, вперив взгляд в потолок.
– Что ты со мной каждый раз делаешь? Нужно успокоиться, сейчас придут ставить капельницу, а у меня стояк! – И тут же без перехода: – Поцелуй меня… – Он смотрел прямо в серые глаза.
– А как быть с медсестрой? – разум искал отговорки, а сердце понеслось вскачь, поддаваясь искушению дьявола.
– К чёрту всех!– рельефные губы расплылись в улыбке. – Я заслужил.
Припёртая к стенке худышка оглянулась на дверь. Кроме стеснения, опасаясь, что не оправдает ожиданий. В отличие от опытного Тимура у неё был всего один партнёр. Смех и грех, но чувствовала себя угловатой неумехой пятнадцати лет.
– И Егор может войти… – протянула она, надеясь, что так и случится.
Он молчал, с усмешкой наблюдая за метаниями недотроги, наслаждаясь её смятением. Назвать шлюхой Лину мог только больной на голову, как Илона, или не желающая разобраться в происходящем мать.
Она скользнула взглядом по мужественному лицу и тут же попала в плен.
Голосом строгого босса:
– Я жду!
Глава 37
Лина наклонилась, «взяв под козырёк». Робкий поцелуй в лоб.
Тимур старательно прятал усмешку, выговаривая:
– Ты ошиблась. Губы намного ниже, – он жалел, что не может сам впиться в пухлый рот на всё согласной сейчас занозы.
Она несмело прижалась к жёстким рельефным губам.
Тимуру пришлось брать всё в свои руки. Большие ладони легли на светловолосую голову. Горячий язык обвёл влажные полуоткрытые губы в помаде и упёрся в сомкнутые створки зубов, требуя впустить внутрь.
Лина почувствовало дрожь в теле. Она подчинилась давлению и робко подалась навстречу, трогая агрессора кончиком языка. Приятное покалывание переросло в волну жара по венам.
Он исследовал внутреннюю поверхность щёк, лаская шелковистый атлас влажной кожи. Играл с языком, поглаживал, посасывал, втянув в себя. Нежная осторожность. Желание не сделать больно.
Совсем не похоже на грубый напор Славика.
