На следующий вечер, по дороге в столовую на ужин, Марсело, Мира и София идут впереди по тропинке. Мне еще не удалось догнать сестру, и я почти не зову ее, потому что она с Софией, и я боюсь, что она увидит в моих глазах то, что я сделал вчера вечером.
С Софией у меня нет общих занятий, так как она младше меня на два года, так что это первый раз, когда я увижу ее после того, как кончил на себя, благодаря ей и своему воображению.
Но я напоминаю себе, что я не какая-нибудь звездно-полосатая простушка, и мне нужно разобраться во всем, что происходит с моей сестрой. — Мирабелла!
Все трое в унисон поворачиваются и ждут меня. Бросив быстрый взгляд на Софию, она отводит глаза на деревья. Она смущена — возможно, из-за книги. Может быть, мне не следовало заставлять ее чувствовать себя так, когда вокруг жара. Я быстро отворачиваюсь от нее, как только ее большие ореховые глаза останавливаются на мне, и перед глазами встает ее образ на кровати с рукой в шортах.
— Что случилось? — спросила Мира.
— Нам нужно поговорить.
Ее глаза сузились от моего тона. Она знает меня достаточно хорошо, чтобы понять, что сейчас получит какую-то нотацию, а все знают, что Мира не очень хорошо относится к дисциплине.
— О чем? — Она скрещивает руки и выпячивает бедро, ее отношение уже усилилось.
Ага. Она знает, что что-то будет.
Марсело защитно обнимает ее за плечи и смотрит мне прямо в глаза. Это не прямая угроза, но это его способ сказать мне, чтобы я действовал осторожно, потому что он вмешается.
А вот хрен ему. Она прежде всего моя сестра.
— Тебе нужно сдерживать свое отношение к Авроре.
При упоминании имени моей невесты София поворачивается и смотрит на окружающий нас пейзаж.
Мира захихикала. — Она просто стерва, Антонио.
Марсело качает головой. Если он и согласен со мной, то никогда не признается в этом, потому что будет стоять на стороне Миры до самой смерти.
— Может, и так, но она будет моей женой. А я когда-нибудь стану главой этой семьи, и по этому праву она заслуживает определенного уважения.
— Она должна дать его взамен, потому что Мира будет моей женой, а я — главой своей семьи, — говорит Марсело.
Я киваю. — Согласен. И я разберусь с ней, когда это будет необходимо.
Моя сестра хмурится. — Она что, прибежала к тебе, притворяясь обиженной? Боже, сколько же в ней дерьма.
Она смотрит на Софию, у которой поджаты губы и взгляд плывет по течению, она сосредоточена на чем угодно, только не на этом разговоре.
— Будь уверена, я точно знаю, кто и что такое Аврора. Но пусть все, что произошло в школе, останется в прошлом. Теперь мы все взрослые люди.
Мира разжала руки и сжала их в кулаки. Ее губы сжимаются в тонкую линию, и кажется, что она вот-вот закричит на меня, но вместо этого она бормочет: — Ладно.
Я киваю, понимая, что это все, что я могу от нее получить. — И если Аврора переступит черту, обязательно скажи мне.
— О, я сама справлюсь, спасибо.
В голосе сестры звучит яд, и я уверена, что она надеется, что Аврора почти сразу же скажет или сделает какую-нибудь глупость, и тогда она или Марсело смогут с ней справиться.
— Есть секунда? — спрашивает Марсело. — Я хотел бы с тобой кое о чем поговорить.
Мира переводит взгляд на Марсело, и у меня возникает ощущение, что она не в курсе того, о чем он хочет со мной поговорить. Он будет испытывать ее гнев позже.
— Да, — говорю я.
— Встретимся в столовой.
Он наклоняется и целомудренно целует Миру в губы.
Она не отвечает ему взаимностью до тех пор, пока Марсело не отпускает ее. Она хихикает, а Марсело улыбается, как будто для них это игра. Боже, как они отвратительны. Он похлопывает ее по заднице, когда она поворачивается.
— Я сегодня сижу с Софией, не забудь. — Мира переплетает свою руку с рукой Софии и смотрит на нее. — Прости, что я бросила тебя вчера вечером.
София быстро взглянула на меня. — Ничего страшного.
— Я зашёл к тебе в комнату вчера вечером, чтобы поговорить об этом, а вас не было рядом. — говорю я.
Моя сестра смотрит на своего жениха с сердечками в глазах. — Нас не было.
Судя по выражению их лиц, они были в своем особом месте — в беседке у большого пруда на территории школы. Не знаю почему, но, похоже, это их любимое место.
— На улице слишком холодно для этого. — София вздрагивает, как будто ее бьет дрожь, явно читая между строк, как и я.
Марсело издал редкий смешок. — Тепло тела.
Он подмигивает, и моя сестра снова хихикает, отчего мне хочется ржать.
— Марсело согрел меня, — говорит сестра, и я клянусь, что чувствую вкус рвоты в задней стенке горла.
— Ладно, вы двое идите вперед. Мы вас догоним, — с ухмылкой говорит Марсело, снова потрепав Миру по заднице.
Мира поворачивается вместе с Софией, так как их руки все еще связаны, и они продолжают идти по тропинке. Когда они ушли достаточно далеко вперед, мы идем немного медленнее.
— Что случилось? — спрашиваю я, оглянувшись, чтобы убедиться, что поблизости нет никого, кто мог бы подслушать.
— Хотел тебя кое о чем предупредить. Может быть, ничего особенного, но я подумал, что об этом стоит упомянуть.
