— Ага, — ответила Шайя со злобной улыбкой. В начавшемся менструальном цикле есть, по крайней мере, один плюс: Ник на несколько дней оставит её в покое, понимая, что соблазнить её будет невозможно. И не отправит ей сообщение, похожее на то, что он прислал ей прошлой ночью:
«Если бы я сейчас лежал в твоей постели, если бы мои руки покоились на твоём теле, куда бы ты хотела, чтобы я сначала прикоснулся?»
Её предательское тело на это откликнулось, как сейчас, на его присутствие. Но отвязаться от него будет довольно просто. Просто не потому, что соблазнение невозможно, а потому ни один волк не любит находиться рядом с самкой, когда у неё менструальный период. ПМС у оборотня был той ещё жёсткой штучкой — время, наполненное чрезмерной усталостью, перепадами настроения, раздражительностью, спазмами, вздутием живота, болями в грудях, напряжением, повышенным аппетитом, бессонницей и горячими вспышками.
— Вот почему ты раздражительнее обычного, — понял Ник. — Это объясняет, почему ты так рано вытащила свою прелестную попку из постели. Обычно же ты испытывала трудности раннего подъёма. — Теперь понятно, почему у неё грудь больше обычного, но Ник это не прокомментировал. Он не был глупцом.
Шайя негодующе вздохнула.
— Я каждое утро прекрасно поднимаюсь из постели. И я не раздражена.
Если бы Ник был благоразумным, то ушёл. Самки в ПМС при малейшей провокации могли вцепиться в лицо. Но Шайя была его волчицей. И сейчас она нуждалась в том, чтобы кто-то о ней позаботился, признаёт она это или нет. Одной рукой Ник обнял Шайю за плечи, а второй принялся толкать тележку.
— Пойдём, детка. Скажи, что тебе в магазине нужно, и я тебе помогу. Потом сможешь поехать домой и весь день проваляться на диване. Разве звучит не здорово?
Да, здорово, но Шайя, тем не менее, рявкнула:
— Я и сама могу складывать предметы в чёртову тележку.
— Конечно же, можешь. Но с моей помощью ты быстрее со всем справишься.
Несмотря на её ворчания и беспричинные оскорбления, они проходили от стеллажа к стеллажу, Ник катал тележку, а затем помог упаковать покупки. Когда он предложил заплатить, то подумал, что Шай ему челюсть сломает.
— Не нужно тут устраивать благотворительность, — прошипела она. Немного смягчённая его извиняющимся взглядом, Шайя вытащила из кошелька деньги и протянула девушке на кассе… которая похотливым взглядом уставилась на Ника и нацепила самую соблазнительную улыбку. Шайя довольно громко прочистила горло. — Видите то, что вам нравится? А вот он этого не видит, — выплюнула она. Парень, стоявший позади в очереди, явно посчитал это забавным. Шайе совсем было не до смеха.
Держа одной рукой сумки с покупками, второй Ник аккуратно, но крепко взял Шайю за руку и притянул к себе.
— Детка, готова поехать домой?
Ответом было низкое рычание, вызвавшее улыбку на губах Ника. Пока она разглагольствовала на парковке о том, как сильно ненавидит тягомотину с благодарностями, Ник сгрузил сумки в багажник машины и подвёл Шайю к пассажирскому сиденью.
Шайя бубнила всю дорогу до дома, а Ник делал то, что делает умный мужчина-оборотень со своей самкой в дни ПМС — держал рот на замке и кивал в нужных местах. Шайя по-прежнему бубнила, когда они вышли из машины. Когда Ник вытащил сумки из багажника, она хотела их у него забрать, но Ник покачал головой и зашагал по подъездной дорожке.
Шайя зарычала.
— Я…
— Прекрасно способна донести сумки сама, — спокойно закончил Ник. — Но это не значит, что я не сделаю это за тебя, так ведь?
— Смени свой терапевтический тон! — Осознав, что во дворе что-то не так, Шайя мгновение изучала окрестности. — Ты подстриг лужайку?
Ник пожал плечами.
— Она в этом нуждалась. Ты только заметила? Я сделал это вчера, пока ты была на работе.
Раздражённо вздохнув, Шайя подошла к входной двери и отперла её.
— Тебе всегда нужно быть таким чертовски милым и заботливым? — прорычала она.
— Послушай, Шай…
— Трудно ненавидеть тебя, когда ты милый и заботливый!
— Хорошо. Я не хочу, чтобы ты меня ненавидела.
Проигнорировав убийственный взгляд, которым его одарила Шайя, Ник вошёл в дом, как будто имел на это полное право. Шайя зашла следом и с рычанием следила, как он управляется на кухне.
— Ладно, послушай, ты заработал медаль подлизы. А теперь выметайся отсюда и… — Шайя закричала, когда Ник поднял её, посадил на кухонную стойку и расположился между ног.
Он передал ей тайленол и стакан воды.
— Вот, возьми. — Только из-за упрямства Шайя медлила. — Детка, тебе больно. Выпей таблетку.
В голосе Ника было достаточно властности, чтобы Шайя сдержала едкий комментарий. Её волчица тоже успокоилась. Понимая, что ей на самом деле нужны таблетки, и отрицать это было бы глупо, она вздохнула и взяла обезболивающее из ладони Ника. Как только Шайя запила таблетки водой, он забрал у неё стакан и поставил на стойку.
— Умница. — Он положил руку на её живот и осторожно помассировал, расстроенный, что Шайя испытывает боль и чувствует себя беспомощной. — Хочешь свернуться калачиком на диване или хочешь лечь в постель?
— Я не инвалид.
