— Д... да... — кивает он, сгребая ее в объятья, как только она начинает к нему
тянуться. — Да, я твой папа.
Отец и дочь в объятьях друг друга — картина, которую я и не надеялась увидеть.
Мое сердце сжимается и трепещет от происходящего. Я стараюсь не показывать этого, но
так много чувств. Некоторые из них прорываются наружу, и я не могу себя больше
контролировать.
92
— ...я больше никогда не оставлю тебя, милая... — я слышу, как он бормочет это ей
на ушко.
Это значит, что...? Я не вынесу этого еще раз. Я только собрала воедино свое
разбитое сердце. Может он имеет в виду, что просто хочет присутствовать в жизни дочери,
но не моей.
— Ты не против, если я минуточку поговорю с твоей мамочкой? — наконец-то
говорит Декс, отпуская ее. — А ты пока посмотри на других обезьянок.
Она убегает, как только он ставит ее на ноги, не сводя с меня глаз. Они влажные от
слез, которые спровоцировали такие острые эмоции
— Я не знал. Я бы никогда....
— Я знаю, — отвечаю я, не хочу, чтобы он себя винил. У него не было возможности
узнать.
— Я просто... Прости меня, Уилла. Я никогда не хотел оставлять тебя. Я не могу
поверить, как много я упустил...
Я киваю, сжимая губы в тонкую линию, так чтобы не забиться в рыданиях.
— Я должен был уйти, чтобы защитить тебя, — продолжает он.
— Я знаю, — наконец-то произношу я, осознавая, что это и была причина. —
Думаю, часть меня всегда это знала. Мне просто нужно было еще упорнее убеждать себя,
что ты не бросил меня. Глупо, правда.
Я бессмысленно смеюсь.
— Нет, я заслужил это, — Декстер серьезно кивает.
Мы пялимся друг на друга, улыбаясь и рыдая одновременно, как будто мы пара
сумасшедших влюбленных подростков. Мы все еще влюблены? Это возможно?
— Хочешь, поедем ко мне домой? — наконец-то спрашиваю я, потому как
пространство зоопарка будто душит меня. — Там мы сможем спокойно обсудить все. Так
много всего нужно сказать друг другу.
Декстер задумчиво кивает.
— Да. Мне бы еще хотелось увидеть твою сестру. Мне кажется, я должен
объясниться перед всей твоей семьей.
Я кусаю губу при этой мысли.
— Да, ты получишь от нее по яйцам! Хотя лучше идти к ней сейчас, пока она с
большим животом и не сможет с тобой бороться. Это дает тебе шансы на успех.
— Мне эта идея нравится, — смеется Декстер. — Я все тебе расскажу, Уилла, я не
хочу, чтобы у меня были тайны от тебя. Никаких секретов. У меня есть кое-какие грехи, но
я стараюсь исправиться, чтобы стать хорошим человеком. Однажды, я надеюсь стать
достойным тебя.
Это то, о чем он думает? Почему он считает, что не достоин меня?
— Это звучит хорошо, но прежде, чем мы сделаем это, могу ли я наконец-то тебя
обнять?
Он обхватывает меня руками и сжимает так, как будто не отпустит больше никогда.
Потом я не знаю, кто делает первый шаг, но вскоре мы начинаем целоваться так, словно в
последний раз видим друг друга.
— Единственное, чего я не могу понять, так это то, почему ты мне ничего не сказал?
— говорю я, возможно, даже громче, чем ожидалось.
Декс пытается все мне объяснить так, чтобы я поняла, но это трудно. Он
рассказывает о том, что был плохим парнем раньше и дрался с людьми, зарабатывая тем
самым себе на жизнь, однажды он зашел слишком далеко, он нашел дома у клиента своего
босса детскую порнографию, тогда и произошло убийство, которое он совершил.
Я сильнее сжимаю его руку, когда он это говорит, это сложно для него, но это делает
нас ближе... думаю, уже сделало. Я больше понимаю его, каким была его жизнь и почему
он себя так вел.
93
К сожалению, это была самая легкая часть рассказа. Это сложный разговор. Мы
обсуждаем, почему он ушел и почему не мог просто сказать, что он делал.
— Это было условие Адама, — Декстер отстраняется, откидывая рукой волосы,
очевидно, он раздражен.
— Чертов Адам, ты мог просто сказать мне. Я бы не сказала никому. Я вела бы себя
так, будто не знаю.
Мы оба напряжены, в крайне эмоциональном состоянии, и стараемся выбраться из
всего этого дерьма. В самых потаенных уголках моей души, я всегда иначе представляла
наше воссоединение — оно должно было быть идеальным: прекрасным и романтичным.
Но это реалии жизни. Увы, не всегда все происходит так, как хочется.
К счастью, Элли Роуз играет в своей спальне, так что мы можем продолжать и
дальше наш спор. Я не хочу, чтобы она увидела все это, особенно тогда, когда она только
обрела отца. Но как бы то ни было, это важно, нет никакого гребанного шанса объяснить
ребенку.
— Уилла, я не хотел подвергать тебя опасности. Я также не хотел, чтобы ты
беспокоилась. Для меня это тоже было непросто.
— Но это не я оставила тебя. По крайней мере, ты знал, что я люблю тебя. И,
наконец, тебе было известно, где я! — я кричу и машу руками, не то, чтобы я хотела так
себя вести, просто не могу себя сдерживать.
