Реактивный двигатель Уорпа полностью

Первые достойные доверия сведения об Олдосе Уорпе указывают, что с самого раннего возраста он, не имея видимых физических отклонений, был рассматриваем соседями, товарищами по играм и своей собственной семьей как полный идиот. Нам также известно, что это был смирный ребенок, с крайне спокойным поведением. Единственный звук, когда-либо от него слышанный, был моносиллабом, очень близким к восклицанию «Уии!», и это случалось почти исключительно, когда его звали на обед, и гораздо менее часто, когда его интерес бывал пробужен другим внешним стимулом, таким как булыжник странной формы, палка или даже сустав одного из собственных пальцев.

Внезапно ребенок вышел из состояния своей обычной заторможенности. Вскоре после достижения шестилетнего возраста — к сожалению, это событие может быть датировано только очень приблизительно — Олдос Уорп предпринял целую серию изыскательских экспедиций на городскую свалку, расположенную позади жилища Уорпов.

Однажды днем, после очередной вылазки, мальчик вернулся домой, волоча за собой большую зубчатую шестерню. По зрелом размышлении он спрятал названную шестерню в заброшенный курятник.

Именно так начался проект, закончившийся лишь двадцать лет спустя. Молодой Уорп посвятил детство, юность и первые зрелые годы перенесению многих тысяч металлических предметов, больших и малых, всякого сорта, со свалки в курятник. Учитывая, что любой вид обучения заметно превышал его умственные способности, родители только радовались этой деятельности, которая занимала Олдоса и делала его счастливым. Очевидно, эстетические проблемы, порождаемые ею, никоим образом их не беспокоили.

Так же внезапно, как и начинал, Олдос Уорп оставил этот тяжелый труд, самим собой на себя возложенный. Около года — и здесь указание на продолжительность всего лишь приблизительно ввиду недостатка заслуживающих доверия источников — Олдос не покидал пределов владения Уорпов. Если он не был погружен в удовлетворение основных естественных потребностей, таких как сон или еда, то медленно разгуливал среди груд железа, без плана и видимой цели.

Однажды утром его отец (по собственному заявлению последнего) заметил, как он, выбирая некоторые предметы из куч, начал из них сборку.

Полагаю на этом этапе полезным подчеркнуть, что никакое описание реактивного двигателя Уорпа не было бы полным без нескольких ссылок на отца Олдоса, Ламберта Симнела Уорпа. По поводу вышеупомянутого устройства глава семейства Уорпов высказался следующим образом: «Ловко он меня надул — получилось, что всякая (…)[1] штука, которую он подбирал, подходила к какой-нибудь другой (…) штуке. И никакой (…) разницы, была ли это пружина от (…) матраца или сбивалка для яиц. Как только парнишка прилаживал ее к какой-нибудь другой (…) штуке, все это становилось на место».

По поводу использования Олдосом инструментов Л. С. Уорп показал:

«Ни разу никакого инструмента».

Более обширный отчет представлен нам в ответе Л. С. Уорпа на вопрос, который я привожу полностью.

«Как, скажите Бога ради, удалось ему сцепить все эти детали, создав из них единое целое?» (Вопрос задан доктором Палмером).

Ответ:

«Эти (…) штуки были сцеплены между собой еще прочнее, чем зло с этим бедным миром, и никто… я сказал никто!.. не смог бы их разъединить».

И действительно, эта конструкция была очень прочной, поскольку молодой Уорп часто вскарабкивался на свой сборный двигатель, чтобы добавить к нему еще одну деталь, и все это, ничуть не нарушая его равновесия.

Последующее, такое неясное и бессвязное, каким оно только и могло быть, это все, чем мы, в сущности, располагаем о самом эксперименте, от его начала вплоть до апогея. Мы очень признательны майору Герберту Р. Армстронгу, военному инженеру Вооруженных Сил Соединенных Штатов Америки, и доктору Филиппу Г. Эстасу Кроссу, члену Комитета по атомной энергии за подробный и точный доклад об обстоятельствах, сопутствующих единственной «контрольной» демонстрации работы реактивного двигателя Уорпа, которой они были очевидцами.