Но как только она поняла неразрывную связь с Виктором в процессе разработок нового проекта, решила признаться, чтобы не было никаких недомолвок и подозрений. Вспомнила, как он говорил, что любые сомнения, страх, недоверие мешают чистоте проведения любого опыта, а ей сейчас никак нельзя было в чём-либо сомневаться по отношению к нему.
Некоторое время она оттягивала разговор, но эта тайна всё сильнее давила сердце. Виктор, особенно после выхода из капсулы казался настолько беззащитным, что было стыдно до глубины души. Он, как маленький ребёнок и сталкивается с её коварством и обманом, хоть она его и берегла и никому ничего по отношению его не раскрывала. Понимала, что сейчас в лаборатории опасно раскрываться, решила пригласить к себе домой, но поняла вдруг, что муж её один из тех, кто так же служит в Службе Безопасности, ведь, именно, через него, даже конкретно он уговорил её подписать соответствующие документы.
Решила напроситься к нему в гости, можно было, конечно, выбрать день, когда муж на смене, но как бы это выглядело?.. Виктор пригласил, хоть и очень растерялся, на работе всё официально, а дома как?.. Но договорились, что она навестит его в субботу, а в пятницу он сымитирует недомогание и уйдёт с работы раньше. Она, как его ведущий врач, будет обязана навестить и проверить его состояние.
-------------------------
Виктор проснулся рано, хоть и генеральную уборку небольшой квартиры сделал ещё вечером. Более того, по пути нарвал небольшой букет цветов и поместил их в единственную вазу, что у него была. Вазу с цветами водрузил на стол, достал из холодильника бутылку шампанского, не зная, что с ней делать… может это неприлично, даме предлагать вино?.. получается, как попытка соблазнения?.. Долго сомневался, но так ничего и не решил, спрятал обратно в холодильник. К нему, конечно же, и раньше приходили женщины, но как-то всё по пути, чуть коснутся его жизни и исчезнут, словно мотыльки в ночи.
Нина не женщина, вернее, хоть и женщина, но не исчезнет, точно, поэтому возникла какая-то ответственность, как ему казалось или что-то иное, которое обязывает быть более откровенным и правдивым. Размышляя так, он пытался притушить своё волнение, что появилось неизвестно почему. На работе так свободно, почему иначе дома?..
Так ничего и не придумал, решил просто заболеть по настоящему, там видно будет. Самое главное и скверное было то, что он не знал истинную причину её визита, об амурной связи даже думать запрещал себе, казалось, это оскорбляет её честь. Время уже десять, вот-вот придёт… разволновался так, что заболела голова, решение пришло мгновенно, просто пошёл и приоткрыл входную дверь, сам разделся и лёг на кровать под одеяло.
Только лёг, зазвонил входной звонок, инстинктивно хотел встать, чтобы встретить, но вспомнил, что раздет… во, попал, сам себя в угол загнал, теперь ничего не оставалось, только болеть по-настоящему…
- Входите, открыто-о.
Но Нина уже вошла, в дверях стояла, насторожённо смотрела на него:
— Ты что, на самом деле заболел?..
— Да-а – со слезами в голосе ответил Виктор, ненавидя сам себя.
Она быстро повернулась и вышла в коридор обратно, оттуда раздался её голос:
— Я сейчас, разденусь только, потерпи немного, - она была уже не женщиной, врачом, - у тебя лекарства есть какие-нибудь, градусник?..
Виктор промолчал, краснея всё сильнее. Через минуту Нина появилась вновь, бесцеремонно села на кровать к нему, наклонилась и ко лбу губами прикоснулась, задержала чуть прикосновение, всё поняла, украдкой улыбнулась, посмотрела, как на беззащитное дитя, погладила по голове, ласково произнесла:
— Мой маленький, прекрасный человечек!.. такой ты беззащитный, как только что родился.
Виктор промолчал опять, во рту всё пересохло.
— Ничего страшного, градусник с лекарствами не требуются, но лечение необходимо, - улыбнулась мило.
— Какое лечение?
Нина встала, отправилась на кухню.
— Ты лежи пока, я сейчас что-нибудь придумаю, если у тебя есть из чего – увидела цветы, - у-ух ты, какие красивые!.. где взял?..
— На улице, вчера ещё. Там много растёт.
— Любишь цветы?
— Не знаю-у, но вроде как люблю. – Он думал, как исправить ситуацию. Надо вставать, одеться, но в голову ничего не приходило. Нина на кухне в холодильнике копалась, что-то доставала, выкладывала на стол, там было кое-что, холодильник пустым не был.
— Я сейчас, приготовлю что-нибудь, а ты вставай и одевайся, поешь, и мигом твоя болезнь пройдёт. Ты переволновался просто, наверное, ночью что-то произошло, у меня так же бывает, когда волнуюсь или нервничаю сильно.
— Нет, ничего не произошло, всё, как обычно, только вот, всё думал, что за разговор у тебя ко мне, да ещё и конфедициональный?.. – он уже оделся, отправился на кухню к ней.
Как только подошёл с намереньем помочь, Нина повернулась и сказала тихо:
— Иди, умойся, я сама соберу на стол, только скажи, куда, в комнате или на кухне?
— В комнате, конечно, там же светлее и цветы.
— Хорошо, иди и не мешай. Зачем пришла, я тебе потом скажу, не торопи меня, - в глазах грусть появилась.
Виктор пристально на Нину посмотрел:
