— Мне кажется, я знаю причину твоего визита, можешь не раскрываться, потому что всё естественно, понятно, если сопоставить все детали жизни.
— Ладно, посмотрим твою проницательность, хотя, что я говорю, и так знаю.
Виктор ушёл. Как только он удалился в ванную, быстро собрала на стол, у него, в принципе, всё было готово, лёгкий завтрак на одну персону, она есть не хотела, просто посидит. В холодильнике видела бутылочку вина и шампанское. Решила, что вина немного можно, а вот шампанское исключила сразу, оно символизирует праздник или радостную встречу… в общем, не тот случай, собрала и села дожидаться.
Ждать долго не пришлось, Виктор вышел, уже полностью уверенный в себе. В душе благодарил её за непосредственность, простоту и понимание, понимая, что её видимая раскрепощённость являлась средством защиты и от скованности, в том числе, врачебная практика научила многому её.
Подошёл к столу, разлил вино в стаканы понемногу:
— За удачу, Нина!.. за нашу удачу!
Нина взяла стакан к его стакану прислонила:
— За удачу, Витя.
Закусили, и Виктор заговорил без предисловий:
— Я знаю, Нина, какая ты есть на самом деле для меня – выдержал небольшую паузу, глядя в глаза, - может даже лучше, чем ты знаешь себя, во всяком случаи, в моменты нашего контакта.
— Как знаешь?.. Человек не может знать мысли другого человека.
— Зачем?.. важно знать отношение в конкретный момент времени.
— И ты знаешь?
— Да.
— Что скажешь о мене сейчас?
— Клубок противоречий слила в один сосуд – все чувства, состояния, сомнения, проблемы и думаешь, как же тебе признаться в том, чего не совершала, - засмеялся тихо Виктор.
— И чего же я не совершала?
— Ну, я не знаю, могу только предположить, учитывая условия нашего существования. Например, то, что ты не только обязана наблюдать за моим здоровьем, но и-и… просто следить, а после докладывать о явных отклонениях от нормы кому-нибудь – помолчал немного, может мужу, он ведь у тебя в Службе Безопасности работает.
Нина не удивилась почему-то, проговорила тихо:
— Нет, не ему.
— Неважно, принцип охраны это, Нина, и ты не подходишь на такую роль, но им ведь не понять. Вспомни Сахарова. И если ко мне внимание такое, значит ценят. А то, что ты приставлена ко мне, так это для меня удача просто.
— Удача?
— Ты единственная, кого я вижу, как бы объёмно или глубоко, - задумался немного, - вижу состав твоей души, психические состояния.
— Всегда?.. – Нина чуть-чуть заволновалась.
— Нет, конечно, да это и не нужно, скучно станет жить, романтика исчезнет. Я просто знаю, что ты не предашь меня в критический момент, не бросишь, не оставишь, всё остальное значения не имеет. В момент исследований уверен на все сто процентов. Это не комплимент, это твой образ жизни, мораль и честь, так ты считаешь.
— А как же наблюдение?.. не оскорбляет?
— А никак, надо, наблюдай, даже докладывай, что это меняет?.. и что о мене поведать можешь?
— О чём говоришь, как относишься к жизни, к Родине, к науке.
— Вот и докладывай, как есть. Тебя не станут слушать, у них критерии другие, разговоры о науке им не интересны, а другого ты ничего не слышишь от меня. Тут Нина, для меня другое важно, чтобы из личных побуждений, зависти, например, неприязни, донос не написали, грязный донос, а ты-ы!.. вот поэтому я рад, что ты со мною рядом.
Нина освобождалась от скованности всё сильнее, стало спокойно и уютно. Выпитое вино теплом распространилось в теле. Вот и всё решилось, он снял с души противоречия и стыд, можно уходить, но даже шевелиться не хотелось. Виктор сидит и всю квартиру озоном будто наполняет, дышать становится легко, спокойно, хоть и вся комната наполнена психическим разрядом, но разряд не возбуждает, а будто массажирует её психические состояния лёгкими прикосновениями, наполняет смыслом, и не важно, каким смыслом, просто красотою отношений. Ещё раньше замечала, что при общении с ним, понятие смысла жизни теряет смысл и все мысли, чувства не описываются, не анализируются, никак не называются, просто существуют.
— Тебе надо идти?.. – грустно спросил Виктор.
— Нет!.. но надо-о.
Виктор засмеялся:
— Вот ведь русский человек, в одной фразе два смысла – нет и надо, отрицание и утверждение одновременно. И, самое главное, что собеседник понимает, если тоже русский.
Нина засмеялась, встала и по комнате прошлась.
— Если ты позволишь, я побуду у тебя ещё немного?
— Позволю?.. ты не видишь, как я рад?
— Вижу, - вдруг сменила тему, - тебе уже двадцать пять, почему не женишься?
Виктор замолчал, даже затих душою, будто из комнаты совсем исчез. Нина поняла, что зря такой вопрос задала, какую-то струну души задела, которую он от себя скрывает даже, подошла и села, так же тихо налила вина:
— Выпьем, и я пойду.
Встрепенулся Виктор, взял стакан и выпил залпом.
— Не встретил такую же, как ты.
— А я то здесь причём?.. – Нина опешила.
— Не при чём, но-о… давай о другом поговорим – сменил Виктор тему.
— О чём?
Нина выпила вино, поставила стакан на стол, закусывать не стала, вино сухое, лёгкое на вкус.
Он загорелся вдруг, взял её за руку:
