— Нет, ведь я от себя освободилась, пусть временно, но полностью, чтобы ты мог в моей любви купаться, - отстранилась чуть, - пойдём, ты ведь хотел покушать?..
— Нет, - Виктор её не отпустил, чуть наклонился, взял на руки, - бокал любви меня вполне устроит, да и вино тогда прекрасно, когда оно играет, чуть застоится и не вино уже, а бормотуха.
Нина тихо засмеялась:
— Ты просто чудо!.. и куда меня ты понесёшь?
— На край земли.
— И где же он?
— Вот и узнаем, кто нам помешает?
Он нёс её и целовал в сиянье ясном, шептал, волнуясь, нежные слова, он нёс её, как деву, как цветок прекрасный, как подснежник расцветающей весны. Запнулся будто, на кровать упали, приподнялся, снял с неё халат, сам встал, чтобы раздеться самому и!.. Ах!.. какая женщина, какая!.. Как пава, величава и стройна!.. начал ласкать и целовать, как куртизанку, но с женственным величием княжны.
— Ты меня увлечь на небо хочешь?.. – прошептала Нина, наслаждаясь его касаниями, поцелуями и лаской.
— Нет, хочу животной страстью провалиться в огненную пропасть, чтоб искупаться в пламени душевного пожара.
— И не сгоришь?
— Весь и без остатка, но растворюсь в любви твоей, или стану камнем, если ты не любишь.
— Считаешь, не рискуешь?.. а вдруг…
— Мне всё равно, пусть камнем, только рядом.
Через мгновение провалились оба в страсть, стали страстью, испытали страсть диких зверей, но и нежность голубей, полёт свободный в паре мотыльков, а вот и клён к берёзке тянет ветви, пытаясь листиком задеть созревшую серёжку, цветы красуются своим нарядом, привлекая насекомых. Страсть?.. нет страсти в мире растительном, в мире животном, не страсть – желанье жить, стремление к проявленью. Везде она, как влага жизни, что называется любовь, не та, которую находят, а та, которой не найти. Страсть – это поиск влаги, чтоб напиться и жажду к проявлению утолить, то, что на экране фильма картинку делает живой.
— Милый, милый, милый!.. – шептала Нина, - ты подарил мне мир необычайный, изумительный, прекрасный, многообразный и большой. Он так прекрасен!.. почему?.. когда успел его построить, ведь такой мир можно строить только в любви и для любимой?
— Это не я построил, я его открыл, тебя открыл от края и до края.
— Да!.. – лежали рядом на кровати, смотрели друг на друга и радовались просто потому, что есть, и любят, и живут, и нравится им вместе быть.
Тихо Виктор прошептал:
— Кто ты, лада моя ненаглядная?.. Уж не жизнь ли моя на Земле?
— Нет, не жизнь, я твоё вдохновение!.. и заря для тебя я во мгле!
Прикрыл ей пальцем губы:
— Просто помолчим!..
Нина кивнула и глаза закрыла. Образы прекрасные перед глазами проходили, это, живая музыка, что ощущается всеми органами чувств. Губы шептали:
— Спасибо, милый!.. думаю, ты жажду утолил свою?
Виктор себя пощупал:
— Вроде не превратился в камень, значит, не ошибся в источнике животворящем, самой любви вселенской, ведь я другой не признаю… - поцеловал её, - спасибо моя ненаглядная лада, за то, что ты силой владеешь такой, как будто пришла из прекрасного сада и даришь улыбкой величья покой!
— Ты, как бальзам на душу, ты есть, и нет тебя, но чувствую тебя я каждой клеткой тела, милый, так не бывает, но ты и есть то, что не бывает, что невозможно… - стала вставать, - надо накормить тебя, чтоб появился, наконец.
----------------------------
Нина встала, накинула халат и удалилась в ванную. Виктор лежал и думал, делать что?.. чувствовал себя он виноватым после всего, что у них произошло. Конечно, он потешил своё эго, но и её увлёк в безоблачные дали. Увлёк?.. и неизбежно возвращение. Решил, что он может изменить и у неё узор в сознании, так, что она забудет, или не забудет, но переведёт в мечту и грёзы. Не успел решить, как Нина появилась, подошла к нему, поцеловала, радостно сияя:
— Ты полежи пока, я соберу на стол и будем праздновать.
— Подожди, - Виктор удержал её, - у нас праздник?
— А разве нет?
Посмотрел внимательно на Нину Виктор:
— Мы сошли с ума?
— Пусть!.. – слёзы появились на глазах, что-то стала понимать, - ты осуждаешь?
— Нет, Нина, нет, конечно, да и-и…
— Нет!.. Не смей, я поняла!.. ты хочешь, чтобы я забыла всё.
— Не сейчас, тебе же лучше будет.
— А тебе?
— Я жить буду тем, что хорошо тебе.
Нина заплакала, уткнувшись ему в грудь.
— Не смей, не смей!.. ты хочешь убить мою мечту, мгновение счастья?
— Какого счастья, Нина?.. я только всем несчастья приношу.
Вдруг встрепенулась будто Нина, она психологом была хорошим и поняла, что Виктор непреклонен, но ей даже представить было страшно, что она забудет этот день.
— Не надо, Витя. Ты ведь не мне помочь желаешь, снять ответственность с себя, - посмотрела грустно, - какой ты эгоист, однако, - встала, - мне уйти?
Вот тут-то Виктор испугался, он не допускал такого завершения. Понял, как Нина его буквально вскрыла, ведь он, действительно, сейчас себя жалеет, даже боится, что она исчезнет.
— Нет, Нина, нет… я научу тебя, как информацию стирать, а ты сама решишь.
— Разве можно стереть чувства?
— Чувства нет, но изменить узор (состояние) возможно.
— Каким образом?
