Внизу оказался канализационный коллектор. Множество труб, толстых и не очень, тянулось вдоль стен. Различные вентили и манометры тускло блестели в сумраке. Видимо, одна из труб прорвалась, и пол коллектора был залит вязкой коричневой жижей. От крышки люка вниз шла узкая металлическая лестница.
Послышались скрип тормозов и хруст гальки под колесами.
Дмитрий перекинул ногу через край колодца и съехал по скользкой лесенке, погрузившись в зловонную жижу по самую шею.
– Быстрее! – крикнул он, задыхаясь от смрада и сдерживая рвотные позывы. – Люк закрой.
Сверху послышались шорох и глухой лязг металла. Свет пропал. Рядом, едва не заехав Зорину ногой по голове, плюхнулся Егор. Судя по звуку, его все же вырвало.
– Тихо ты, – прошептал Дима.
– Я не могу здесь, – задыхаясь, ответил его товарищ.
– Жизнь дороже. Слушай.
Несмотря на закрытый люк, друзьям было прекрасно слышно, что творилось наверху.
– Старика нашли, – послышался приглушенный противогазом голос.
– Это последний. Вторая девчонка утонула. Грузи в багажник.
– Погоди. Тут следы.
– Какие следы?
– Да здесь вокруг все истоптано. Кто-то здесь был.
Некоторое время было тихо.
– Следы свежие, уходят наверх.
Пискнула рация:
– Двойка, Тройка.
Шипение.
– Двойка.
– Тройка.
– Кто-то нашел тело до нас. Ушли в вашу сторону. Обыскать район.
– При обнаружении?
– Ликвидировать. Тела увезти с собой.
– Понятно.
Зорин с Плаховым переглянулись. От страха оба забыли про чудовищную вонь вокруг. Если их найдут здесь – а их, скорее всего, найдут, то и увозить никуда не придется, притопят прямо в дерьме. Егор стоял с закрытыми глазами. Его губы бесшумно шевелились. Видимо, он взывал ко всем знакомым и незнакомым богам, клянясь и обещая все что угодно, лишь бы выжить.
Некоторое время сверху доносились шаги да перекличка по рации:
– Двойка, чисто.
– Тройка, никого.
– Единица, чисто.
Внезапно шаги раздались прямо над головой. Егор с Дмитрием притихли.
– Обнаружил люк.
– Сейчас подойду.
Зорин быстро огляделся. Затем, коснувшись плеча Плахова, показал тому на трубы и пальцем вниз. Испуганный Егор просто кивнул. Он залез под толстую трубу, тянущуюся вдоль стены, и погрузился глубже. Теперь на поверхности торчали только нос и глаза. То же самое сделал Дмитрий.
Люк распахнулся, и коллектор осветился бегающими лучами мощных фонарей.
– Твою ж мать, – послышалось сверху.
– Лезь туда.
– На фига!
Похоже, вонь из коллектора заставила Темного на секунду забыть об уставных отношениях.
– Быстро вниз!
– Так и отсюда видно, что там никого нет.
– Под трубами посмотри.
Солдат наверху еще мешкал.
– Не полезешь, я на тебя рапорт напишу, – зашипел командир. – Ты у меня с реактора вылетишь. В город. К остальным.
На этот раз угроза подействовала. Свет потускнел, и друзья увидели, как на лестницу ступил черный блестящий сапог. Зорин с Плаховым поняли, что жить им осталось с минуту, не больше.
Пискнула рация.
– Единица.
– Слушаю.
– Мы нашли их.
Друзья удивленно посмотрели друг на друга.
– Кто?
– Двое. В гражданском.
– Задержали?
– Не совсем. Попытались убежать. Мертвы.
– Почему не было слышно выстрелов?
– Задавили машинами. Добили ножами.
– Правильно. Тела с собой забрать.
– Есть.
Дмитрий покачал головой. Кто-то расплатился своими жизнями за них.
– Повезло тебе, – сказал невидимый командир, – вылезай давай.
Сапог исчез, и люк с грохотом закрылся. Взревел мотор, и автомобили укатили прочь. Друзья стояли буквально по уши в дерьме и не могли поверить своей удаче.
– Полезли отсюда, – наконец прошептал Дмитрий.
Они выбрались на поверхность. Смотреть друг на друга было страшно. С обоих на землю стекала вонючая жижа. Лица были бледными, глаза – стеклянными от пережитого ужаса. На этот раз смерть прошла слишком близко.
– Пойдем, отмоемся.
Они начали спускаться к воде. О том, что в реке живет смертельно опасное чудовище, никто из друзей и не вспомнил.
Пробуждение было мучительным. Зорин проснулся весь в поту, разметавшись по матрасу. Несколько мгновений он еще переживал тягучий запутанный сон, в котором он по шею в вязкой жиже пытался убежать от чего-то страшного сзади. Что это было, Дмитрий так и не узнал. Резко подскочив, он со стоном упал обратно, сдерживая накатившую тошноту. Переждав неприятный момент, он осторожно открыл глаза и огляделся.
Он находился у себя дома. Раздетый. Лены, как и следовало ожидать, рядом не было. Действительно, кому захочется проснуться рядом с воняющим перегаром потным мужиком, который вдобавок еще и просидел чуть ли не всю ночь в вонючей канализации.
